Возвращение Безумного Бога 3

Мужики, что с них взять! Тут хоть богиня будь, хоть простая смертная — одинаково страдать приходится!

Но, кажется, лед между ними все же начал потихоньку таять. В глазах обеих появилась искорка смешливого взаимопонимания.

И в этот момент входная дверь с треском распахнулась!

На пороге возник чумазый, всклокоченный Костя. Один глаз заплыл фингалом. Скула рассечена, роба изодрана в клочья. Но при этом — горделивая ухмылка до ушей! В каждой руке он сжимал по отрубленной башке невообразимых монстров. С жутких морд капала черная слизь, застывшие глаза пучились.

Карманы Кости топорщились и побрякивали, набитые до отказа трофейными духовными кристаллами. Парочка самоцветов вывалилась на пол, покатилась под ноги.

Костя шагнул внутрь, слегка подволакивая ногу и что-то недовольно бубня себе под нос:

— … долбаные гоблины малохольные, я же предупреждал по-хорошему меня не трогать… Так нет, давай покажем тебе то, покажем тебе сё… Это кто кому, дебилы, ещё показал…

Посетители кафе замерли, выпучив глаза и разинув рты.

Бармен застыл с наполовину протертым стаканом. Даже «гоблины»-завсегдатаи выронили карты. Все таращились на Костю в ступоре, не в силах уложить в голове увиденное.

А тут еще две странные девицы с пронзительным визгом бросились ему навстречу. Налетели смерчем, чуть не сбив с ног, принялись тискать, тормошить и навзрыд причитать.

— Костя, миленький, ты живо-о-ой!!! — вопила Настя, повиснув на шее парня и осыпая его лицо поцелуями, — Мы так переживали, так боялись!

— Эстро, безмозглый кретин, как ты мог! — вторила ей Айсштиль, молотя Костю кулачками по груди.

В уголках её глаз мерцали ледяные снежинки, — Думал, мы не будем ждать⁈ Да я тебя сама в лед вморожу, болван эдакий!

Костя растерянно вертел головой, силясь сообразить, что происходит. Монстрячьи башки выпали из его рук, глухо стукнувшись об пол. Настя с Айсштиль продолжали голосить и виснуть на нем. Ошарашенный парень попятился и с размаху грянулся задницей на пол, увлекая за собой девчонок.

Обе расположились на нем в весьма пикантных позах, продолжая смеяться и плакать одновременно…

На какой-то миг воцарилась настороженная тишина. Первым не выдержал один из «гоблинов»:

— Ну ты даешь, пацан! — восхищенно присвистнул он, кося глазом на отрубленные головы, — Это где ж такую красоту откопал? И как уделал-то их?

— Да, парень, ты крут! — подхватил второй «гоблин», сверкнув золотым зубом, — Небось, не один десяток монстров на перо пустил.