Возвращение джинна

Хотелось бы выяснить, так ли это, и нанести ему визит.

В спальне неожиданно похолодало, в воздухе просыпалась струйка мелких снежинок, и у двери возникла фигура человека.

Тихо вскрикнула патриссима.

Ульрих замер с открытым ртом.

— Ты хотел меня видеть? — сказал Артем равнодушным тоном. — Я здесь.

— Т-ты… все-таки… уцелел…

— Как видишь. И я не один. Поэтому не советую хвататься за оружие.

— Значит, с тобой «джинн»…

— Кто это? — мрачно сдвинула брови Марта, едва заметно отступая к стене, в которую был встроен великолепный бар; там, в нише под батареей бутылок с вином и более крепкими напитками, лежал ее псишокер.

— Ромашин, — оскалился Ульрих. — Подловил меня, когда я отправил Зверя… по делам… а слабо, майор, выяснить наши отношения честным путем? Давай поговорим как мужчина с мужчиной.

— Не слабо, — усмехнулся Артем. — Но сначала ответь на вопрос: где твой дед Селим фон Хорст?

По губам Ульриха скользнула бледная улыбка.

— Его съел моллюскор. Хотя я здесь ни при чем, он сам выбрал такую смерть.

«Лам-ка, прочитай его мысли и передай мне, я хочу видеть, как погиб Селим».

Вслух же Артем сказал:

— Ты врешь. Наверняка ты мог оставить его в живых, управляя моллюскором, но не сделал этого. Потом послал за нами маленького моллюскорчика. Только вот незадача вышла: он догнал нас, но не тронул.

Ульрих быстро облизнул губы, нервно потер ладонь о ладонь.

— Он не вернулся… наверное, сбой программы… эти делегаты Зверя такие идиоты… Но что было, то было. Давай померяемся силами. Выиграешь ты — я отзову Зверя и уберусь из Системы.

— Ульрих! — одернула его патриссима, продолжая отступать. — Не сдавайся! Ты сильнее!

— Как был ты паршивым щенком с амбициями бульдога, так и остался. Не трать слова, я же знаю, что ты пытаешься вызвать своего Зверя, да вот беда, не слышит он, Лам-ка заблокировал сей приют негодяев во всех диапазонах. Однако я не откажу себе в удовольствии сразиться с тобой, чтобы ты не мог потом кинуть мне упрек в нечестной игре.

— Без оружия! — быстро проговорил Ульрих, кидая взгляд на партнершу, поднял руки. — Видишь, я гол как сокол. — Он нервно хихикнул. — На мне ничего нет, кроме этой тряпки, даже экзоскелетона. Нечестно, если ты останешься в «кокосе».

— Не тебе говорить о чести, вспомни прошлый бой, когда на тебе был экзоскелет, а на мне только собственная кожа. Сегодня у тебя этот номер не пройдет. Однако я сниму костюм.