Возвышение физрука

 — Идешь к соответствующему магистру, платишь ему, сколько положено, он обращается к Системе и она присваивает тебе класс. Но уникальные классы, как я понимаю, Система присваивает напрямую. И при этом бесплатно.

Сразу видно, когда человек всю жизнь страдает от нехватки денег и завидует тем, у кого их больше. Или кто получает что-то на халяву.

Но экономическая модель Системы более-менее понятна. Хочешь класс — плати. Хочешь новых заклинаний — плати. Хочешь снаряжение получше — плати.

Или попробуй выбить все сам, но тогда придется рисковать жизнью и платить не золотом, а кровью.

Все, как обычно, в общем.

Кэл — типичное дитя этого мира. Он родился уже при Системе, и стал играть по общепринятым правилам. Все качаются, и ты качаешься. Все врут, и ты врешь. Все заботятся в первую очередь о своей личной выгоде, и ты стараешься не отставать.

Такие уж тут порядки. Оно, в принципе и на Земле так же было, только тут оно более выпукло…

А мы все еще брели по колено в жиже и осматривали окрестности на предмет недобитых мобов.

— А каково оно вообще, когда умираешь? — поинтересовался Кэл.

— Не особенно приятно, — сказал я. — А потом еще много разговоров непонятно, о чем.

— Может, и я когда-нибудь на такой амулет накоплю, — сказал он.

— Какие твои годы, — сказал я.

А действительно, какие его годы? Сколько ему лет-то? На вид около двадцати пяти, но кто ж знает, как оно тут происходит и от чего зависит. От прожитых лет, от набранных уровней…

Тут мне капнуло немного опыта.

— Упс, — сказал Кэл.

Почти сразу же издалека, оттуда, где мы оставили Федора с Виталиком, послышался оглушительный хлопок. За которым последовал оглушительный плюх. А потом по данжу разнесся душераздирающий вопль кадавра, неудовлетворенного желудочно.

И зазвучали выстрелы.

Как назло, мы оказались в самой дальней части помещения, так что бежать нам пришлось изрядно.

Сначала я даже начал нервничать, но рев вылупившегося босса со временем стал звучать как-то более обиженно, с вплетенными нотками боли, а канонада не стихала, и я почти перестал переживать.

В общем, как выглядел тот босс, я так и не узнал. К тому моменту, как мы подоспели к театру боевых действий, босс удачно косплеил слабо пульсирующий на полу кусок фарша, полоска здоровья над которым закатилась в красный сектор и тревожно мигала.

Виталик передернул затвор дробовика.

— Поучаствуй, что ли, к хренам, — сказал он.