Возвышение Королевы

Например, в течение всех месяцев, которые мы провели вместе, ее единственной целью было уйти от меня.

Бег это всегда первое, что у нее на уме, что бы я ни делал.

Не имеет значения, раскрашу ли я мир для нее золотом или сорву кровавые звезды с неба и рассыплю их у ее ног. Она просто переступит через них и убежит.

Как она всегда делает.

Как она делала последние одиннадцать лет.

Но вот в чем дело. В прошлом у нее не было меня. Она не принадлежала мне душой и телом. Мне все равно, как сильно ее сердце борется со мной, оно в конце концов рассыплется, как и все остальное в ней.

Я никогда не был из тех, кто привязывается. Неспособность к этому превратила меня в прочную стену против этого. Даже моя мать не думала, что я в этом нуждаюсь. Что еще хуже, Алисия полностью отдалилась от меня, и мой собственный сын больше заботится о том, чтобы бросить мне вызов, чем о чем-либо другом.

Почему Аврора должна быть другой?

Но проблема не в этом. Проблема в том, что я хочу, чтобы она была другой, хотя я никогда не желал этого за всю свою жизнь.

— Куда, сэр? — спрашивает Мозес с переднего сиденья.

— В штаб-квартиру, — говорит Харрис от моего имени.

Он последовал за нами сюда после медиа-шоу и собирался уходить на встречу, когда я сказал ему, что присоединюсь.

В последнюю минуту он почти не смотрел в свой планшет. Это рекорд.

— Разве вы не сказали, что останетесь на сегодня? — он спрашивает медленно, почти осторожно.

Я должен выглядеть так, будто нахожусь на грани возгорания, а Харрис достаточно умен, чтобы заметить внешние изменения.

— Разве ты не всегда жалуешься, что я постоянно отсутствую? Ты должен быть счастлив, что я еду с тобой. — мой голос спокоен, но это обманчивый тип, который намекает на чертову бурю, назревающую внутри.

— Я рад, но…обычно вы не отходите от Авроры. Особенно после того, что случилось сегодня.

— Для тебя она мисс Харпер.

— Сейчас я не могу называть ее мисс Харпер.

Я выдыхаю, но ничего не говорю.

Харрис поправляет очки указательным и средним пальцами.

— Неприятности в раю?

— Мне было интересно, когда она сорвется.

— Она? — я бросаю на него косой взгляд. — Я тот, кто должен сорваться.

— При всем моем уважении, сэр, вы не тот, кого внезапно затащили в чужой мир и заставили иметь с ним дело...