Возвышение Королевы

Я открываю ее и читаю надпись, которую узнала бы даже через сто лет. Аккуратный почерк и его манера загибать буквы «С» все те же, что и тогда, когда он помогал мне с домашним заданием.

Если у меня и были какие-то сомнения, то они исчезли после прочтения папиного письма. Он тоже получал сообщения Алисии? Но зачем он? Они были направлены на меня.

Мне требуется минута, которой у меня нет, чтобы подключить флешку к ноутбуку. Вскоре после того, как я нажимаю кнопку «Воспроизвести», раздаётся шелест звуков, будто ожила машина или что-то в этом роде.

Папа. Это голос отца. Звук открывающейся, а затем захлопывающейся двери машины эхом разносится в воздухе.

Я предполагаю, что это его грузовик. Шорох бега и резкое скольжение по поверхности это единственное, что можно услышать. Как будто он скользит по грязи или по жесткой поверхности.

Раздается еще больше шорохов, прежде чем громкий голос папы наполняет воздух:

— Алисия! Дай мне свою руку!

— Н-нет.

— Я, блядь, не причина этого. Я бы никогда не причинил вреда тебе или Клариссе.

Тихий смешок исходит от нее, прежде чем она кашляет, и ее далекое дыхание прерывается, словно она булькает кровью.

— И все же ты продолжал возвращаться. — папин голос холоден, как камень. — Ты приезжала в Лидс все время, когда могла бы держаться подальше.

— Я не хотела, чтобы ты использовал Клариссу в качестве музы вместо меня.

— Дай мне свою гребаную руку, Алисия. Ты там умрешь.

— Так ты оставишь свою роль ради Клариссы? — его голос становится спокойным почти маниакально.

Рыдание вырывается из ее горла.

— Оставь ее в покое. Она твоя дочь. По крайней мере, она твоя дочь.

— Что сделает ее лучшей музой, чем когда-либо были ты и твоя мама. В конце концов, у нее общая ДНК с моей и Бриджит.

— М-Максим... оставь ее...

— Тогда дай мне свою гребаную руку, Алисия. Возьми на себя ответственность и за Бриджит, и за нее.

— Я не могу. — она звучит побежденной, почти оцепеневшей. — Мой собственный муж думает, что я сумасшедшая, и даже мой сын иногда в это верит. А теперь он бросил меня. Эйден и Кларисса единственные яркие моменты в моей жизни, но я не принадлежу им.

— Ты не сумасшедшая — тебя заставили в это поверить.