— Благодарю. Как я посмотрю, ты её тоже пьёшь без особых последствий.
Князь, закрутив пробку, засунул фляжку в карман и пожал плечами.
— Нет такого напитка, который мог бы сломить желудок настоящего кавалергарда.
Я покосился в сторону окна, откуда лился дневной свет. Снова глянул на Оболенского.
— Сколько я пролежал?
Князь, который продолжал меня задумчиво разглядывать, пожал плечами.
— Всю ночь и утро. Десять часов сейчас. Даже не думай о том, чтобы куда-то сорваться. Дарья там вся на нервах. Дивеева, который к ней после ночного светопреставления явился, чтобы верноподданические чувства заверить, едва на месте не прибила.
Переживает, девка. Если ты сейчас куда махнёшь, вовсе ведь столицу разнесёт.
В голове сразу же послышался довольный рык Сандала.
— А я говорр-р-рил! Всё складывается, крр-р-рылом к крр-р-рылу! Дрр-р-раконьей свадьбе быть!"
"Следом за ним подключился Мьёльнир, в чьём голосе отчётливо звучали нотки ехидства.
— А на сс-с-свадьбу обычно пекут большой торт? Насс-с-сколько он велик?
Я чуть поморщился, прогоняя в голове слова Оболенского.
Десять часов утра. Могу поспорить, в музее под Стамбулом уже никого нет. Эшмун переместился в резервное убежище. Скорее всего расположенное далеко от Османской империи. Хотя, как знать, может и там же. Если хочешь что-то надёжно спрятать — укрывай под самым носом у ищущих. Там, где они даже не станут искать. В любом случае, проверить место его размещения за последние годы, стоило. Как минимум, должны были остаться отпечатки энергетического фона.
Посмотрев на Ратибора, я чуть сдвинул голову на подушке, меняя позицию и угол обзора.
— Думаю, с Дарьей нам ещё предстоит увидеться. Обоим. Нужно, чтобы она отменила твой запрет на визит в Стамбул.
Глаза Оболенского блеснули удивлением и тот вкрадчиво уточнил.
— Собрался в гости к султану?
Как ни странно, у меня нашлись силы, чтобы усмехнуться,
— У меня длинный список адресов, по которым нужно заглянуть. Но пожалуй, первым и правда станет столица Оттоманской Порты.
Кавалергард было радостно продемонстрировал зубы, но улыбка почти сразу погасла.
— Не отпустит она. Земский Собор на носу, да и мало-ли что там в Истанбуле случится. А вдруг война. У нас и так всё едва держится.
Прислушавшись к ощущениям внутри собственного тела, я оттолкнулся руками и приподнялся, оперевшись на спинку кровати.
— Этой ночью все видели силу царевича. Да и Грань он свою получил. Не зря же Дивеев на аудиенцию к Дарье приполз. Князья поняли, что ветер изменился.
