— Как итог — то что оставил ваш предок, уничтожено. Сможет ли алтарь обеспечить появление Грани у новых Рюриковичей, ещё предстоит проверить. А в Стамбул мне нужно, чтобы отыскать того, кто вмешался в переговоры.
Смертная ошарашенно вздохнула. И пару секунд помолчав, уточнила.
— Хочешь сказать, на нас напала Оттоманская Порта?
Я недовольно скрипнул зубами.
— Хочу сказать, что враг находился в Стамбуле. Не думаю, что султан был в курсе его присутствия. Хотя, как знать.
В голове сразу же пронеслись слова Эшмуна про уцелевшего Основателя, который собирается уничтожить весь мир.
Потом всплыло воспоминание о заражении, которое распространяли хранилища душ. Потому, я практически сразу заговорил снова.
— А ещё, вам с Алексеем стоит держать армию в полной боевой готовности. И срочно искать Одарённых, которые умеют работать с душами.
В трубке раздался удивлённый голос.
— С душами?
Я же поморщился. Иногда забываю, что она не член свиты, да и вообще не в курсе истинной ситуации."
"— С жизненной сутью людей.
И ещё момент — ты подумала про духа-покровителя? Тот, кого все считали патриархом, больше не станет являться за убийцами Рюриковичей.
Дева насмешливо фыркнула.
— А этот твой Меркурий, хочешь сказать, будет мстить?
Мои губы разошлись в усмешке.
— О, ты даже не представляешь, на что может быть способен Меркурий. Особенно, если его разозлить.
Собеседница тихо хмыкнула, после чего осторожно поинтересовалась.
— Так ты это серьёзно? Он что, правда существует?
Мгновение я поколебался, определяясь с вариантом следующего хода.
Но быстро определился.
— Давай мы сначала доберёмся до Стамбула и всё там решим. Потом навестим франков в Версале. Надеюсь, у империи есть с ними хотя бы один нерешённый вопрос, что требовал бы нашего посольства. А когда вернёмся, то обо всём поговорим. С тобой и Алексеем. Настолько детально, насколько это возможно.
Обсуждать реальную ситуацию по дарфону, казалось не слишком логичным решением. Такие вещи оптимально проговаривать с глазу на глаз. Тем более, при личном контакте я смогу наблюдать за реакцией девы и оттенками её разума.
— Но завтра ведь Собор…
В голосе ещё чувствовалась лёгкая неуверенность, но Рубикон был пройден. Точно так же, как когда-то Цезарем, что решил свергнуть республику. И здорово удивился, когда против него, в теле аватара, выступил сам Марс. Надо ли говорить, что у потенциального диктатора не оставалось ни единого шанса?
— Я отправлю представителя. Оболенский, думаю тоже кого-то пошлёт.
