Я только в парламент попал да идиотов из правящей партии за жабры взял, как на тебе — целый отряд из какого-то там Дома, который решил, что этот мир теперь принадлежит ему.
Пожав плечами, сорвал высоко растущую травинку.
— Ну я их всех и убил. А оказалось, там таких ещё много. Пришлось повоевать. В общем не дали мне нормально развлечься. Ублюдки циклоповские.
Я молчал, ожидая продолжения. Сомневаюсь, что Кронос потратил столько сил на установку контакта ради того, чтобы рассказать о своих делах. Сам титан, несколько секунд помолчав, действительно заговорил вновь.
— Про Дома и Дворцы, я думаю ты уже давно в курсе. Вообще, я хотел координаты места одного оставить. Оттуда силой Зевса прямо несёт. Не того, который в моём мире был, а рождённого в Древе.
Не заметив на моём лице удивления, понимающе кивнул.
— Значит и об этом знаешь. Отлично.
Я медленно кивнул.
— Да, о том, что мы лишь копии оригинальных богов, я тоже в курсе.
Кронос возмущённо скривился.
— Копии? Вечно вы римляне, пытаетесь всё свести к самоуничижению.
Мне иногда кажется, ваше государство так и строилось. Ой, посмотрите, у нас всего один италийский город, давай захватим полмира, чтобы стыдно не было. А потом марширующие легионы, кровь, пожары и десятки провинций.
Усмехнувшись, титан покачал головой.
— Ну какие мы копии? Тот поехавший головой циклоп, со шляпой медузы вместо мозга, взял за образец историю уже знакомых миров. Но в этот раз дело пошло совсем не так, как планировалось — речь же шла об обработке тысяч и тысяч миров.
Так что вместо их точных копий, получилось такое же количество заготовок. Судьба которых была вроде как предопределена, но запросто могла меняться, если этому способствовали события.
Интересная теория. В которую вполне укладывался казус с разницей по времени между отделением от Древа и появлением римского пантеона в моём родном мире.
— Откуда такая версия? Сам придумал?
Кронос разжал губы в усмешке.
— Поймал потомка жреца Рассена и выпотрошил его память. А тот оказался любителем читать архивные тексты.
Если действительно так, то имелись шансы, что этот вариант окажется правдивым. Впрочем, имелся ещё один вопрос, который я хотел задать практически с самого начала.
— Почему ты решил встретиться? Да ещё и сообщить мне нечто интересное.
Тот поморщился.
— Спроси какого римлянина и он скажет, что титаны — кровавые сволочи, которые только и умеют, что ровнять с землёй города да мучать смертных. Но на самом деле мы способны помнить добро.
