Конечно же, дылда нас не услышал и продолжил орать:
— А-а-а! — правда, уже через пару вдохов Пересмешник перехватил его за горло, и крик сменился хрипом. — Хр-р-р…
Пересмешник же принялся озираться. Держа хрипящего над собой на вытянутой руке, с жутким оскалом на лице он производил впечатление: ближайшие начали пятиться от него.
Пересмешник же добавил веток в костёр их страха:"
"— Тут вспомнили про зверьё. Я вас обрадую — я уже здесь. Если кто не знал, то я бывший Зверь, которого глава спас. Я Иглобрюх, и лучшей наградой для меня является разрешение вспомнить старые привычки и сожрать чьи-нибудь мозги.
Надеюсь, вы сегодня порадуете меня? А то на вашей человеческой еде ноги протянуть можно.
Во даёт. Вино с Седым даром не проходит, правда, Седому бы больше язык за зубами держать. Историю Пересмешник явно не на пустом месте придумал.
Разумеется, я не стал ничего опровергать. Зачем? Пересмешник хорош. Я просто толкнул новую волну силы, снова сбивая всех с ног. Всех, кроме старика-безумца, Пересмешника и хрипящего в его руке дылды.
Бывший орденец, давно стоящий у моего плеча, снова радостно рявкнул:
— Встать! Приветствовать главу!
Спустя два вдоха я оглядел спины передо собой и кивнул:
— Для первого раза сойдёт. Что же, теперь, когда вы правильно приветствовали меня, я повторю вопрос вашего старшего. Что здесь происходит и почему вы не на работах?
На этот раз я знал, на кого смотреть и заметил переглядывание, а затем голос подал ещё один бесстрашный, и снова не лысый.
— Глава Ирал, — он не только подал голос, но и склонился в приветствии. Глубоко, почтительно, тщательно приложил кулак к ладони. Правда, затем всё испортил. — Мы не очень сильны, наше Возвышение тоже невысоко, а работаем мы много, устали. Три недели пашем на улицах Истока, глава Ирал. Решили вот сегодня день отдохнуть. Глава! — поспешно вскинул руки наглый. — С утра мы работали, спросите хотя бы вот этого, — кивнул он на бывшего орденца.
Пересмешник отбросил стонущего и исчез, появившись уже возле наглого.
Во всяком случае так должно было показаться всем этим слабакам, которые не могли различить его движений.
— Что я слышу? — изумился Пересмешник, буквально рыча эти слова в ухо наглому. — Ты поработал половину дня и устал? Что за слабаки вы, родившиеся человеками?
Наглый сбледнул, втянул голову в плечи, но упрямо повторил:
— Сегодня отдохнём, глава, завтра на работы.
Я покачал головой:
— До сих пор поверить не могу в то, что вижу.
