Стоило ему переместиться ко мне, как над головами людей возникла огромная печать, которая пролила вниз десятки своих копий с одним-единственным вписанным в них символом.
Боль.
Один цвет. Это немного, это несильно, но для отбросов, которые тут собрались, этого оказалось даже с избытком: на ногах не устоял никто, кроме старика-сумасшедшего, которого я и не захватывал печатью.
Когда половина воющих от боли смолкла, потеряв сознание, я вырвал Флаг из земли, одновременно стирая печати.
Выждал пять вдохов, когда оставшиеся в сознании придут в себя, наглотаются воздуха и смогут хоть что-то слышать.
Я вот ничего не увидел и не заметил: вроде всё у них было по-честному. Если соглядатай среди них и есть, то невысокого Возвышения, никакой тяжести на плечах у меня не появилось.
Громко сказал:
— Семья сломанного Клинка по своему устройству походит на устройство нашей Империи. У неё есть внутренний круг. Это я, мои родные, старейшины и советники. Есть основной круг. Это стража, ремесленники, артефакторы, искатели и все те, кто приносит основную пользу семье и тащит на своих плечах основные тяготы.
Есть внешний круг, к которому относятся все остальные: ученики ремесленников, младшие стражники, и все те, кто хочет стать основной частью семьи. Вы же… Вы даже недостойны войти во внешнюю часть семьи. Я дал вам шанс выбраться из нищеты, никчёмности и вина, но вы даже не хотите им воспользоваться, вы устали и не хотите после обеда работать, хотите хлебать вино. Хорошо. Через четыре месяца закончатся контракты со многими, кто пришёл в Исток вместе с семьёй Сломанного Клинка.
Если к тому времени вы не докажете, что достойны стать внешней частью семьи, то стража вышвырнет вас из города. Попытаетесь вернуться, и я выполню законы Империи: Мастеров вышвырну во Второй пояс, Воинов в Первый, а Закалки, если они среди вас есть, упадут в Нулевой. Пусть Тюремные пояса научат вас, как и зачем нужно стремиться к Небу.
Кто-то в толпе прошептал:
— Я не понял, чё, прям за стены вышвырнет? В горы? Мы ж там сдохнем.
Я молча сменил Флаг на меч старшего Тизиора и взмыл в воздух, недовольный собой. Уроки, на которых я узнаю новое, вникаю в суть дел, вещей и учусь быть главой семьи это хорошо, но со всеми этими уроками я стал слишком умничать. То, что должно было быть вбитым в головы этих идущих, засесть там и быть понятным каждому из них, на деле не понял, наверное, каждый второй. Я просто слишком заумно выражался. Достойны, тяготы, устройство семьи, шанс.
