Главное — не видно амулетов и…
От досады дёрнул уголком рта: не видно кисетов Путника, у торговцев-то! Это очень плохо. На ходу мазнул рукой по поясу, подвешивая на него из кольца кисет, полный трав. Какая разница какой? Главное — вид.
— Уважаемые, — подскочил к нам слуга. — Желаете столик? У нас есть кабинки на втором этаже, где уважаемых гостей никто не будет беспокоить.
Я отмахнулся:
— Я ищу знакомых. Если они здесь есть, то присоединюсь к ним.
— Понял, понял, уважаемые, — мелко кланяясь, попятился слуга под взглядом Пересмешника.
Никаких знакомых я, конечно, не искал. Я искал того, кто расскажет мне новости Пояса и новости об Ордене. А для этого мне нужен торговец из ближних к нему земель.
Пока я напоказ вертел головой, моё восприятие охватило весь зал, все кабинки на втором этаже. Даже встретившаяся на пути формация не стала препятствием, я проломил её защиту раньше, чем сообразил, что это, и сейчас слышал всё, что старались скрыть от чужих ушей, правда, слышал сильно приглушённо, словно сквозь толстые занавески.
Ничего, кстати, интересного там и не обсуждали. Во всяком случае сейчас и для меня.
Вот те, кто мне нужен.
Если я верно помню, то эти три цвета — синий, зелёный и алый — и герб принадлежат Извилистым Рекам, соседям Дизир. Лучше и не придумаешь.
Молча двинул вперёд, не сомневаясь, что Седой и Пересмешник последуют за мной."
"Раскинул руки, наполняя вязью символов уже свою печать над головой чуть пьяного мужика средних лет.
— Ба! Кого я вижу! Дядюшка Хотар, вы помните меня, мальчишку Ирала?
Мужик моргнул раз, другой, а затем с некоторым сомнением кивнул:
— Помню.
Сколько же мы не виделись, что ты так вырос? Пять, шесть лет?
Я склонился в приветствии:
— Дядюшка Хотар, ваша память всё так же хороша. Пять лет.
— Ну садись, садись, не стой, — повёл он рукой.
Я ухватил стул от соседнего стола, придвинул его, а усевшись, встретился с тремя удивлёнными и одним колючим взглядом остальных, кто сидел за этим столом.
Колючий прищурился и спросил:
— Брат Хотар, как так вышло, что мы всегда и везде торгуем вместе, вместе пьём, вместе ходим по Павильонам Цветов, а этого нежданного племянника я вижу в первый раз? Кто же из сестёр принёс нам этого племянника и сообщил о нем только тебе?
Я улыбнулся и одним мысленными усилием раздвоил Пелену Доверия, награждая ей и брата своего придуманного дядюшки.
Вот только выискивать в его старых печатях имя было некогда, поэтому я обратился к нему без имени.
