Вперед в прошлое 11

Если проявит себя достойно, поделюсь соображениями. Но что-то сомневался я, он уже начал на себя тянуть одеяло, чую, будем с ним конкурировать.

У бабушки я сбросил балласт — отдал деньги на хранение, мама вручила ей лекарства, которые посоветовала Гайде и, пока я объяснял Каюку алгебру, а он показывал мне народившихся поросят, делала бабушке внутривенную инъекцию.

В спортзал я попал без пяти минут шесть, когда наших уже пустили в опустевшую школу, они разошлись по раздевалкам, а новенькая сторожиха — пожилая женщина с вороньим гнездом на голове — ждала с ключами, чтобы открыть спортзал, и ненавидела нас за то, что мы нарушили ее покой.

Надо будет этой бедолаге купить чаю и конфет — сразу к нам отношение изменится.

Когда я влетел в раздевалку, Димон Чабанов сходу спросил:

— Я деньги принес. Ну, с торговли. Тебе их когда отдавать?

— Давайте после тренировки. Здесь же в раздевалке и сочтемся.

Я осмотрел друзей. Тут были все, кроме ушибленных Памфилова и Мановара. Девчонки, понятное дело, находились в женской раздевалке.

Из-за того, что сторожиха не могла справиться с ключами, тренировка началась на пару минут позже — будь на моем месте отчим, он бы уже сожрал эту несчастную женщину.

Друзья построились по росту. Я осмотрел, оценивая как бойцов, а не как ребят, просто пришедших на тренировку. Занимаемся мы семь месяцев, и если сравнивать то, что было, с тем, что стало, это земля и небо. Тощие или с лишним весом, сутулые, неуверенные в себе подростки, изгои в своей школе, превратились в спортивно-подтянутых юношей и девушек.

Из аутсайдеров мы выросли в лидеров. Нас уважают и на нас равняются.

Только голову подняли, и вот новое испытание, которое непонятно как закончится. Либо наши николаевские, которые в большинстве своем — гопота и будущие алкаши и наркоманы, сплотятся вокруг нас, либо от нас будут шарахаться, как от зачумленных.

— Сегодня у нас испытание на прочность и работа на пределе возможностей, — объявил я, прохаживаясь перед строем. — Если кто-то травмирован или неважно себя чувствует, лучше сразу сказать.

Нужно проверить, что мы можем. Техники сегодня минимум, физухи — максимум. Примерно так тренируется спецназ. — Я достал из кармана часы. — Интервальная тренировка. Сорок пять секунд выполняем упражнение на пределе возможностей, в максимальном ритме. пятнадцать — отдыхаем.

— Надо магнитофон принести для жесткача, — прогудел Чабанов. — Рок или металл врубить. Он дает сил.

— Миа кульпа. То есть моя вина, — сказал Илья.