Оказалось, в юности Влад работал в кино помощником оператора, то есть оборудование таскал, иногда в массовке снимался, а как-то играл в эпизоде узника концлагеря — очень уж худой был. Потом выучился на водителя и крутил баранку КРАЗа, но было тяжело, недаром эту машину водилы прозвали людоедом. Работал вахтовым методом на севере. После устроился охранником. Чтобы сомнений не осталось, Влад протянул деду паспорт.
— Давайте, чтобы вы не думали, что я сбегу с выручкой, он будет у вас. Вечером я вам — деньги, вы мне — паспорт.
Видно было, что дед сомневается, но все-таки он паспорт забрал — порядка для.
Разговор зашел о продолжительности рабочего дня. Влад сказал, что после пяти начинается второй наплыв покупателей — люди возвращаются с работы, в то время как утром тут мало кто есть. Так что имеет смысл в дни получения товара приходить позже и сидеть до закрытия.
Вот что-что, а говорить Влад умел, и ладить с людьми умел — дед с ним соглашался. Выслушав, он добавил:
— Когда восстановлюсь после травмы, доставкой буду заниматься я.
Пока — временные трудности.
Ну, сейчас скажет: «И вот тогда твоя зарплата будет ниже». Но нет, и дальше они говорили о делах, условились встретиться сегодня в семь, чтобы начать обкатку моего алгоритма взаимодействия, который устроил всех.
Закончил Влад словами:
— Спасибо, Шевкет Эдемович! Отличного внука вы вырастили, он, можно сказать, мне жизнь спас.
Дед стоял ко мне спиной, Влад — лицом, и я хлопнул себя по губам — молчи, мол! Только руку убрал, как дед повернулся и посмотрел строго.
— Жизнь спас, говоришь? Ну, это он любит.
Мы отправились домой. Про снижение зарплаты дед так и не заговорил. Вряд ли он забыл, просто увидел цены и понял, что, даже добавив продавцу, мы не потеряем. Шутки ли, покупать за триста, продавать за тысячу триста!
— Инжир, — бормотал дед, спускаясь на эскалаторе. — Надо достать инжир! В Армении он еще должен быть, и в Грузии. Брать по пятьсот, продавать по… По три возьмут, как думаешь?
— И за пять возьмут, конкурентов-то нет, — улыбнулся я.
"
"Однако, как быстро из коммуниста, борца с загнивающим капитализмом, он превратился в дельца. Замаячивший на горизонте «запорожец» или даже «москвич» манил его.
— Месяц — и машину купишь, — ободрил его я.
Вот теперь можно выдыхать. Знакомство прошло наилучшим образом.
Вчера мы вместе с дедом и его приятелем затаривались на авторынке — мне нужно было убедиться, что они справятся. Справились.
