Врачебная ошибка

И если ей нужна будет такая же бумага с заверениями в ее профессионализме и человечности, то я хоть сейчас готова написать панегирик!

– А я ждал вас, – сказал высокий, представительный мужчина, поднимаясь из-за стола. Когда секретарша провожала Павла в кабинет Евгения Субботина, парень примерно представлял, кого увидит, ведь портрет, составленный со слов подруги Нины, был достаточно точен – судя по тому, что его узнали и в «Адаманте». И все же при виде подозреваемого Трофименко признался себе, что он выглядит еще более привлекательно, чем лейтенант ожидал (если, конечно, один мужчина вообще способен оценить внешность другого).

– Ждали? – удивленно переспросил Павел.

– Ну, после всего, что произошло, кто-то из ваших просто обязан был нарисоваться… Жаль только, что так поздно!

– Вас опознали многие люди, – сказал Трофименко, так как, произнеся загадочную фразу, мужчина замолчал и, казалось, не имел намерения продолжать разговор. – Вы ухаживали за матерью и дочерью Митиными. Сейчас они обе мертвы.

– Я в курсе, – кивнул Субботин, и на его лице появилось выражение печали.

– Если бы я сразу начал действовать, обе остались бы живы.

– За что вы убили Марию Митину? – выстрелил вопросом Павел. Печаль на лице Субботина сменилась потрясением.

– У… бил Ма… рию? – с трудом, как показалось Павлу, проговорил мужчина. – Да вы с ума сошли! Я пытался ее предупредить, но…

Он снова умолк, и на этот раз Трофименко не решился возобновить разговор, надеясь, что подозреваемый сам это сделает.

– Знаете, кто это, лейтенант? – вдруг спросил Субботин, указывая на стоящую у него на столе фотографию.

Павел и раньше заметил необычайно красивую женщину, яркую брюнетку, которая весело глядела со снимка на любого, кто оказывался в кабинете.

– Ваша жена? – предположил Павел, выдвигая самую очевидную версию. Конечно, это могла быть и любовница, но что-то подсказывало парню, что глава серьезной фирмы по продаже автомобильных запчастей не стал бы держать у себя на столе портрет женщины, не имеющей на него никаких прав.

– Это – моя сестра Люба, – сказал между тем хозяин кабинета. – Покойная.

– Мне… очень жаль, – пробормотал Павел. – Давно она умерла?

– Десять лет назад. Только она не умерла, ее убили, – ничего не выражающим голосом добавил Субботин.

– Как – убили? То есть, я хотел сказать, убийцу поймали?

– Мою Любашу нашли в ванне, мертвую.