Врачебная ошибка

СМС, полученное им до этого, говорит о том, что убийца хотел, чтобы Стас пришел в квартиру. Если бы в тот вечер в доме Шемякиной не отключили свет, все было бы вообще шито-крыто: никто и не узнал бы, что кто-то от имени матери вызвал сына домой: взрыв уничтожил бы все следы. Однако убийца подстраховался и, когда взрыва не произошло, в силу вступил план «Б».

– То есть план, в котором главная роль отводилась Стасу?

– Верно. Он автоматически становился главным подозреваемым.

– А почему вы сразу отмели эту версию? – поинтересовался Павел.

– Но никого, кроме Шемякина, вблизи квартиры не видели, – возразил младший лейтенант.

– Ты в курсе, что подъезд дома Шемякиных – проходной?

– Н-нет, – пробормотал Трофименко, ругая себя за то, что не проверил. А подполковник-то как узнал?

– Вторая дверь закрыта, но не на замок, а просто подперта ломом. При желании ее может открыть любой. Я нашел дворника и выяснил, что на следующее утро после убийства Киры (тогда мы еще считали, что это самоубийство) дверь оказалась открытой, и он лично подпирал ее снова.

– Вы хотите сказать, что убийца вошел в дом Киры с парадного входа, а вышел в другую дверь?

– Не просто в другую дверь – через другой подъезд! В этом случае никто бы ничего не заподозрил, хотя человека, входящего и выходящего через одни и те же двери в течение короткого времени, непременно кто-то запомнил бы. А так просто кто-то заходит к себе домой, или в гости, или… В общем, сейчас Ерохин опрашивает соседей, показывая им фотографии Жанны и Митина-Липко – вдруг они видели кого-то из них?

– Соседи могут и не опознать убийцу, – вздохнул Трофименко.

– Вряд ли, – возразил подполковник. – Раньше наш дружок справлялся сам, предпочитая никого не посвящать в свои дела. Благодаря этому он оказался таким скользким и увертливым, что никому до сих пор не удалось его обвинить.

– Но ведь с Марией он изменил своему обычному плану, – не сдавался Трофименко. – Он, как мы предполагаем, инсценировал ее исчезновение, побег, если хотите, а не подстроил несчастный случай.

– Во-первых, потому, что такие совпадения встречаются крайне редко, и ты знаешь, как я к ним отношусь. Во-вторых, в случае с Марией Липко действительно пришлось изменить обычную схему, так как он каким-то образом пронюхал, что в игру вступил Субботин. Он знал, что Мария получила предупреждение и что Субботин мечтает его похоронить.