Врачебная ошибка

– Я, конечно, побежала к классной руководительнице, поругалась с ней, но это совершенно бесполезно: она сама натравливает детей друг на друга, такой уж человек!

– Этот «человек», между прочим, в школе работает! – с возмущением воскликнула я. – Если вы все это знаете, почему не жалуетесь? Скандалить с классной руководительницей – это одно, а написать жалобу на имя директора…

– Так они с директрисой закадычные приятельницы! – всплеснула руками Ирина.

– Ну, есть же и другие пути, – возразила я. – Комитет образования, например?

– Я уже решила перевести сына в другую школу, но в данный момент у меня проблемы посерьезнее.

– Вы показали ребенка врачу после избиения?

– Сначала нет. Алешка не жаловался, все быстро заживало. А через пару недель вдруг стал говорить, что у него болит живот и ноет поясница. Вот тогда-то я по-настоящему забеспокоилась, и мы пошли к доктору. Тот назначил обследование. Поначалу поставили диагноз – ушиб почки, но после почему-то засомневались и сделали еще одно УЗИ.

– Это она поставила окончательный диагноз?

– Простите, я, конечно, не специалист по раковым заболеваниям, но опухоль Вильмса…

– Вы правы, – перебила Ирина. – Опухоль Вильмса обычно выявляется у детей до шестилетнего возраста – я досконально изучила этот вопрос. Когда сказала Георгиади, она только плечами пожала и заявила, что нефробластома действительно характерна для маленьких детей, но и у более старших далеко не редкость.

– Ну, ей лучше знать, она же узкий специалист.

– Она торопила нас, говорила, что медлить нельзя, пока размер опухоли невелик, а им как раз «сбросили» квоты на Вильмса, то есть операцию можно сделать бесплатно. В противном случае все равно придется ее делать, но за деньги, а это сотни тысяч рублей! У меня, естественно, таких денег никогда не было и вряд ли они появятся. Отец Алеши тоже на меня насел.

– С чего это? – удивилась я.

– Георгиади орала, что натравит на меня опеку, если я откажусь от операции!

– С какого перепугу?

Слова об органах опеки заставили меня скривиться: именно сейчас, когда предстоит тяжба с бывшим мужем в отношении Анютки, я даже слышать о них не могу!

– Дескать, я подвергаю опасности жизнь ребенка, – объяснила Ирина.