Врачебная ошибка

– Не то чтобы… Но Мария Тимофеевна говорила, что журналистикой денег не заработаешь, что нужно реальным делом заниматься… В принципе, права она была, чего уж там: если б у меня была такая мать, я ни о чем другом и не мечтала бы!

– А Нина, значит, не хотела помогать матери?

– Мария Тимофеевна еще достаточно молодая женщина – ей ведь только-только пятьдесят исполнилось, перед самым исчезновением. Так что Нина считала, ей еще долго не придется ни о чем таком думать, ведь мать занималась всем!

– Отец? – удивленно переспросила Азиза.

– Как… а Валерий Анатольевич?

– Так он ее отчим. Они с Марией Тимофеевной поженились года три назад.

– Значит, вот как… И как ваша подруга отнеслась к этому браку?

– Да как отнеслась… Мать как на крыльях летала, ослабила опеку, и Нина, в общем-то, радовалась неожиданно предоставленной свободе. Она не распространялась о своих семейных проблемах, но, думаю, одной из причин, по которой она съехала от матери, был новый член семьи.

– То есть Нина с отчимом не ладила?

– А как вы думаете? Появляется какой-то мужик, которого раньше и в помине не было, и начинает свои правила в доме устанавливать!

– А он устанавливал?

– Говорю же, Нина не любила об этом рассказывать, судя по всему, отношения у них сложились не простые. Мать была счастлива, что кто-то взял на себя заботы о семье, но, на мой взгляд, их жизнь не изменилась – кроме того, конечно, что Валерий принялся корчить из себя главу семейства.

– А Митин? Кстати, почему у Нины фамилия отчима – он что, ее удочерил?

– Митин – фамилия первого мужа Марии Тимофеевны, отца Нины. Не знаю почему, но Валерий решил взять фамилию жены. Она говорила, что вроде бы его собственная не особенно благозвучна. Они познакомились, когда он пришел устраиваться на работу.

– Митин – стоматолог?

– Да нет, он претендовал на должность старшего администратора в главной клинике, на Невском проспекте. И получил ее – после собеседования с Марией Тимофеевной. Он умеет произвести хорошее впечатление.

– И как долго он работал у матери Нины?

– Всего-то? – удивился Леонид. – И они так быстро нашли общий язык?

– Мария Тимофеевна долго оставалась одна – слишком долго, чтобы не истосковаться по надежному плечу.