Врачебная ошибка

– Звучит как-то неубедительно.

Андрей знает Артема Ивановича слишком хорошо, чтобы не заметить, что тот не вполне уверен в том, что говорит.

– Почему ты это сказал? – буркнул Карпухин.

– Потому что все слишком просто!

– А ты в курсе, что большинство убийств по сути своей весьма неоригинальны, Андрюша? – Казалось, Карпухин злится. – Мужья убивают жен по причине несходства характеров, дети – родителей, так как те слишком сильно их опекают… Не думаю, что это дело отличается от других.

– Но не слишком ли много происходит вокруг него, чтобы не усомниться в этой видимой простоте? – встряла я.

 – В дело Киры вовлечено столько разных людей!

– Простая случайность, – пожал плечами подполковник, но теперь даже я видела, что он лукавит.

– Расскажи лучше, что тебя смущает, – посоветовал Андрей. – Ты ведь не только пожрать сюда пришел, верно? То есть мы всегда рады тебя видеть, но такой занятой человек вряд ли поперся бы в такую даль за тарелкой супа и куском мяса! Тебя что-то беспокоит?

– Ладно, – вздохнул Карпухин после короткого раздумья – слишком короткого, чтобы предполагать, что он с самого начала не собирался рассказать нам о своих сомнениях.

 – Меня смущает способ убийства Шемякиной. Если предположить, что ее убил сын-наркоман, которому она отказала в очередной дозе, то к чему хлороформ и налоксон? Да он мог ее одной левой свалить, так как всю юность боксом занимался!

– Согласен, – кивнул Андрей. – Наркоманы редко планируют убийства: это обычно происходит случайно. Да и налоксон…

– С другой стороны, у него ведь могли быть долги? – предположила я.

 – Может, потребовали вернуть, а у него нет денег?

– Думаете, Стас мог рассчитывать продать свою долю в квартире? – потер подбородок Карпухин. – Что ж, это возможно. Выносить из квартиры было уже почти нечего, кроме мебели. Денег, по словам соседок, Шемякина старалась в доме не держать. Может, сын нашел у нее остатки препаратов, которые она раньше таскала для него, и на этой почве они поругались, и… Нет, все равно не получается: при чем тут хлороформ?

– Что, если Кира держала немного дома? – спросила я.

– Для какой цели, интересно? – хмыкнул Андрей.

– Как растворитель, к примеру: вряд ли она намеревалась использовать его в качестве наркоза в домашних условиях!

– Маловероятно, но возможно, – неохотно согласился Карпухин. – Однако в квартире не нашли никаких следов хлороформа. Правда, мне удалось выяснить, что Стас в свое время поступал в медицинское училище.