Врачебная тайна. Шанс на счастье

Монотонный звук монитора раздается тогда, когда впереди у Марьям еще крайне много работы. Если она продолжит в этом духе, то мы не спасем малыша.

– Отошли от стола! – рявкает Карпов чуть ли не расталкивая нас.

– Да пошли вы! – кидает в сердцах Рузанова, срывает халат и выбегает из операционной. Оставляя нас самих разгребать.

– Чем помочь? – включаюсь в процесс."

"– Заканчивай операцию как можно быстрее! – рычит. Смотрит на монитор. – Завели. Пока стабилен.

– Александр Петрович? Что делаем? – на меня смотрят несколько пар глаз.

– Лизонька, ты как? Выучилась на врача? – спрашиваю у самой старшей среди присутствующих медсестер.

– Д-да, – кивает нерешительно.

– На хирурга, надеюсь? – не отрываю от девушки серьезный взгляд.

– А как вы узнали? – ахает от удивления.

– Интуиция, – отвечаю немного расслабляясь. – Беги, мойся. Ассистировать будешь.

– Но я… – теряется. – Еще никогда…

– Времени нет, – отрезаю. – Спасти мальчугана хочешь?

Девушка без лишних слов передает свой участок работы другой медсестре, а сама со всех ног уносится мыться.

– Санек, тебя ж уволят за это, – Карпов качает головой. – Выдадут волчий билет.

– Похрен! – огрызаюсь. – Одному мне его не спасти. Лизка давно уже впахивает в операционной, выучилась. Вместе у нас будет шанс вытащить малыша.

– Тогда давай используем его на все двести! – заключает.

Вновь погружаемся в сложнейший процесс. Здесь каждое движение должно быть выверено до миллиметра, нельзя ничего пропустить, но и медлить совсем неприемлемо.

Сложно.

Шаг за шагом иду вперед. Руки болят просто дико, но я стиснув зубы продолжаю операцию.

Знаю, сутки после этого мне будет тупо ни до чего. Я не смогу даже кружку с кофе поднять, но сейчас мне на это все пофиг.

Сейчас передо мной на операционном столе лежит маленький мальчик, который может лишиться жизни. И я обязан его спасти!

Я сделаю это!

Превозмогая боль произвожу удаление селезенки, ставлю дренаж, ушиваю слой за слоем, вяжу узлы крепко-крепко.

– Можно перевозить в реанимацию, – произношу накладывая последний шов. – С мальчиком все будет в порядке.

Последнее говорю по большей части уже себе.

Выхожу в коридор и опускаюсь на первое же подвернувшееся для сидения место. После проведенной операции у меня не осталось сил, я выжат и морально, и физически.

– Будешь? – Карпов достает из кармана халата и протягивает мне электронную сигарету.

– Нет, – отвечаю даже не смотря в ту сторону. – Не хочу.