— Их ищут, непонятно для чего, но княжич потребовал из-под земли достать, — вздохнул Валерий Семенович. — Думаю, надо бы телеграмму нашему другу отослать. Как только текст продумать, чтобы никто ни о чем не догадался?
— Ты так уверен, что это рук дела Воронова?
— А ты нет? — усмехнулся Вертлугин.
Марии ничего не оставалось, как промолчать. Они заехали на почту и отправили телеграмму во Владимир на свой адрес, указав получателя господина Воронова. Правда, текст получился неоднозначный. Поймет ли Александр Иванович тонкий намек, что им интересуются? Уже придя домой и уединившись в своей комнате, девушка села перед зеркалом и прислушалась к своим ощущения.
В душе смятение, Воронов что-то в ней разбередил, но готова ли она все бросить и бежать к нему сломя голову? Зато от некоторых приглашений она не в силах отказаться. Да-да, в высшем свете уже прознали, что опала завершилась. Наверняка благодаря тем, кто разочаровался в зельях их конкурентов. А клиенты занимавшие высокие посты к ним частенько обращались.
В том числе и благородным дамам требовались специфические услуги, не всегда поощряемые в обществе.
— Надеюсь, мы еще встретимся с тобой, Александр Иванович, — улыбнулась Мария своему отражению. — Думаю, мы бы сработались."
"Девушка отогнала мрачные мысли, встала и решила заняться тем, что многим дамам по сердцу. Распахнув дверцы шкафа, окинула взглядом висящие платья и пришла к неутешительному выводу, что ей срочно требуется пошить новые наряды. Необходимо узнать, что произошло за их отсутствие, а следовательно, предстоит принять несколько приглашений и посетить званные ужины.
* * *Повествование от лица господина Воронова.
Удивляюсь стойкости и мужеству моей пациентки. Активная руна дробления доставляет княгине адский дискомфорт, даже несмотря на заклинания обезболивания. По всполохам ауры вижу, что Яна Карловна держится из последних сил. Еще и сердечный ритм начал сбоить. Увы, требуется укрепить и восстановить чуть ли не все внутренние органы. Очаги воспалений и воздействия обнажились сразу после отключения целительских артефактов, которые большей частью маскировали недуг, а не избавлялись от него.
— Не стесняйтесь, — посмотрел на пожилую даму, даже в ночной сорочке выглядевшей грациозно, — помяните недобрым словом мои методы. Вспомните недругов или просто отведите душу.
Госпожа Краузе послушно стала ругаться сквозь зубы. Большую часть специфического морского жаргона или лексикона никогда не слышал.
