"Враг семьи
Глава 1
— На тебя уже полчаса пялятся все, кому не лень! — перебирая брошюрки, раздраженно фыркнула на меня старшая сестра Лана. — Это все твой цвет волос! Он навлечет на нас неприятности! В голове не укладывается, что ты испортила волосы!
Я закатила глаза к высокому сводчатому потолку.
— И что с того? На нас всегда пялятся! Мы дочери мэра!
— Нет, Валери, они смотрят на тебя как-то… по-особенному. Как стервятники, — зло усмехнулась сестра. — Не могу больше видеть эти брошюры! Мне срочно надо припудрить носик, пока меня не стошнило… А ты присмотри за проспектами.
И следи, чтобы в одни руки попала только одна брошюра!
Нащупав в сумочке пачку сигарет, она заторопилась к выходу.
Я со скучающим видом окинула свой пост. Тошниловка под названием
«Благотворительный фестиваль», была создана для сбора средств на грядущую предвыборную кампанию Эдуарда Якоби. Будущий мэр на мероприятие еще не прибыл, он представлял свою программу на одном из новостных каналов, а мы с сестрой трудились на его мероприятии не покладая рук.
Мы прослыли самыми завидными и неприступными невестами округа, и это подогревало интерес к нашей семье.
Сегодняшний вечер почти ничем не отличался от остальных. Наши строгие прически и скромные, но дорогие платья подчеркивали статус семьи Якоби. Работа у столика с макетом будущего побережья и раздача проспектов и брошюрок держалась на нас, и не зря – на наши скромные улыбки покупались местные богачи.
О, да, они еще как покупались! Ведь новость о моем возвращении в отцовский дом успела пронестись по округе, и теперь пожертвования сыпались в специальную копилку, как из рога изобилия.
Потенциальные женихи из круга отца резко зашевелились и теперь щеголяли друг перед другом, соперничая за мое внимание крупными пожертвованиями.
«И вправду похожи на стервятников!» — мелькнула у меня мысль, и я передернула плечами от отвращения.
Скука, скука, скука…
Внезапно у центрального входа началась суета.
«Кого там принесло? Неужели отец явился? Нет, кажется, не отец…»
Гость будто ощутил мое любопытство и резко обернулся.
От его властного и холодного взгляда тело пронзила странная болезненная дрожь.
Высокий и статный, он излучал власть и силу. Дорогой черный пиджак сидел на нем, как влитой. Расстегнутые верхние пуговицы черной шелковой рубашки кричали о вальяжной небрежности. Его загорелая кожа идеально сочеталась с черными, как смоль, волосами, а губы изогнулись в полной презрения сексуальной усмешке.
