Враги народа

Один раз уже сдал монархистов и переметнулся на нашу сторону. Я считал, что этот человек надежен. Окончательно меня успокоил Воронов, который знал его намного лучше:

– Не-а. Он идеалист.

– Ну так чисто из идеальных соображений и сдаст нас?

– Нет, – покачал головой Воронов. – Лимит справедливых идей у него исчерпан. Только две стороны осталось – их и наша. Теперь его не сдвинешь.

– Это такая психопатия?

– Да если покопаться – все мы психопаты. Иначе не играли бы в такие игрушки…

Глава 5

Заканчивался в заботах сентябрь.

Скрепя сердце я вернул обратно Антонину с котом под мышкой. Несмотря на то что боевые ячейки «Картеля» перемолоты, нет никакой гарантии, что ко мне опять не пошлют убийц. Бай на свободе. Бай продолжает действовать. И Бай имеет ко мне счет.

Но не всю же жизнь теперь прятаться. Придется рискнуть. Собой – что уже привычно. И Антониной – что как нож по сердцу. Но иначе она не согласна. Она хочет быть рядом со мной, что бы ни происходило.

"

"После возвращения пригласили в нашу квартиру Фадея с семьей – женой и двумя дочками. Насладились немножко мирной и спокойной жизнью – с друзьями за столом, пирогами, блинами, бутылочкой вина и штофом водочки.

Но такие фокусы действуют недолго. Спокойная гавань в бурлящем море – это иллюзия. А реальная жизнь закрутила нас дальше с новой силой, вновь доказывая, что мы не просто сторонние наблюдатели за сущим, а частички истории страны и мира.

Отбыл на Западную Украину Воронов, прихватив с собой двух наших оперативников и трех агентов-маршрутников.

Польская власть оставила после себя на этих территориях армию террористов, диверсантов, шпионов, эмигрантов, антисоветчиков. Да и кто только не создавал там резидентуры – и немцы, и англичане. Оружия подпольщикам было оставлено столько, что мы только успевали его собирать. Кроме того, множились и вооружались экстремистские националистические польские и украинские движения, подбивавшие народ на бунты под лозунгом «Большевики всех в колхозное рабство загонят!». А своя чистенькая хата и достойный земельный надел для тамошнего сельского населения – это такой рай на земле, за который куркуль готов грызть зубами кого угодно. Нетрудно спрогнозировать, что с нарастанием коллективизации единоличники все чаще будут браться за оружие.

Так что ситуация складывалась непростая. Нашим органам там гарантирован широкий фронт деятельности.