Враги

И кто его знает, что за твари таятся в этом чудовищном мраке? Если маги говорят об истончившейся Завесе - что может вылезти с той стороны? Возможно, будь кругом все та же тьма - но живая, звучащая - было бы легче. Но кругом стояла совершенно неестественная тишина. Не шелестели листья, не щебетали птицы, и зверя не было слышно, даже болото не вздыхало газовыми пузырями, разбавляя мертвящую тишину. Только чавкала грязь под сапогами, кряхтел гном, да Андерс костерил себе под нос кого-то неведомого. Таиться смысла не было - волки и оборотни почуют, как ни таись.

А еще где-то на краю разума шевелилось, царапало ощущение скверны - где то там, впереди, пока еще далеко, поджидали порождения тьмы.

Они миновали обгорелые остовы деревни и кованую ограду богатого некогда поместья - впрочем что там темнело за витой решеткой Натаниэль не смог разглядеть даже ночным зрением стража - тьма там становилась и вовсе непроницаемой, такая разве что в ночных кошмарах бывает. Порой ему начинало казаться, что на самом деле нет ничего вокруг - просто он угодил в один нескончаемый кошмар и захлебывается этой вязкой мертвящей тьмой не в силах проснуться.

Так худо не было даже в той сильверитовой шахте - подумаешь, подземелье. Полное тварей, но все же - лишь подземелье. Безо всяких там древних легенд и волшебных заморочек. Хотелось остановиться и проснуться, наконец - но Элисса знай себе топала впереди, размеренно и молча, а значит, все, что ему оставалось - шагать следом, высматривая опасность, да надеяться, что не промахнется. Впрочем, Натаниэль и не промахивался.

Он почти обрадовался, когда присутствие порождений тьмы стало явным - наконец-то что-то простое и понятное - но вместо ставших привычными уже тварей вылезло... нечто, смахивающее на опарышей-переростков, только почему-то на длинных, тонких, как у кузнечика ногах и с огромными визжащими пастями, полными зубов. Кажется, опешила даже Элисса, а уж что сказали по этому поводу маг и гном, Натаниэль не решился бы повторить вслух несмотря на то, что никогда не был особо богобоязненным.

К тому же он сильно сомневался, что Создатель обладает теми частями тела, которые приписал ему Огрен, или способен использовать их так хитроумно, как предположил Андерс. Это ж чем они там в кругах занимались, чтобы до такого додуматься?"

"Он был рад, что отвлекся на вроде бы несвоевременные и неподобающие мысли, потому что осознавать вот это, визжащее, чавкающее, во всей полноте - свихнуться недолго.