Офигел! Просто офигел!
– Стой! – крикнула, сжимая зубы от злости. Невозможно представить, во что выльется эта игра, этот поцелуй и знакомство с Филатовым. Я никогда не хотела быть в центре внимания, никогда не хотела быть той, о ком шушукаются на каждом углу.
– Давай отойдем, – спокойно ответил Роман, не останавливаясь. Я снова брыкнулась, но силы были неравны. Он выше на две головы, шире в плечах, в конце концов, еще и парень.
– Утихомирься, – рявкнул Фил, все же остановившись.
Резко развернулся ко мне и пошел прямо, от чего я попятилась, пока не уперлась спиной в стену. Ощущение такое забавное, будто становишься загнанной мышкой в клетку. А хищник пускает на тебя слюну, представляя, как разрывает на части.
Рома отпустил меня, но тут же поставил ладошки по обе стороны. Навис, внимательно всматриваясь то ли в лицо, то ли в душу.
– Какого черта? – прошипела, смотря на него снизу вверх. Нужно было бояться или полыхать от злости, но меня отвлекал его потрясающий парфюм с нотками цитруса и хвои.
– Только не говори, что это был твой первый раз, – усмехнулся Фил, опуская взгляд на мои губы. Он ошибался, однако скулы все равно обдало жаром. Сердце бахало, вероятно, от раздражения.
– Да пошел ты, – я толкнула его в грудь, и выскочила, словно из золотой клетки. В голове кружилась тысяча и одна мысль. Что делать? Что мне теперь делать? Как объяснить всем вокруг, как вернуть себе вуаль невидимки?
– Стой, кому сказал, – прилетело мне в спину.
Филатов вновь схватил за руку и резко дернул на себя, от чего я едва не упала в его объятия.
– Ты в конец офигел? – не кричала, нет. Но голос звучал раздраженно, и достаточно твердо.
– В твоих же интересах подыграть мне. – Заявил он уверенно. Как там было – если хочешь быть царем в джунглях, недостаточно вести себя как царь. Ты должен им быть. Без сомнений. Вот и Роман не сомневался в своем превосходстве.
Он был главным. Первым и единственным.
– Серьезно? – мне стало так обидно. Этот богатый умник просто использовал меня. И плевать ему, что я могу столкнуться с проблемами, что мне нравилась жизнь в центре серой массы.
– Да ладно тебе, Рина, – опять эта ухмылка.
– Я не буду подыгрывать тебе. Разбирайся со своей идиоткой сам, понял? Я тебе не игрушка, и не щит!
– Кать, слу… – однако дослушивать никто не планировал.
