Вредность - не порок

Ну почему со мной вечно так, а?

— Ты еще сомневаешься? Думаешь, мне очень нравится смотреть, как вы дуетесь друг на друга? Немедленно помиритесь!

Алекс, явно не ожидавший от своей хранительницы столь миротворческих настроений, только рукой махнул:

— Мы уже давно не дети, чтобы дуться. Все нормально.

Я вздохнула с облегчением. Ну вот, и от меня может быть какая-то польза.

— И все? — раздался за спиной разочарованный вздох. — Я-то думал, они хоть морду друг другу набьют.

Подозреваю, не мне одной остро захотелось покусать некую ушастую личность.

Там, где дорога, по которой ехали, пересекала Великий путь, мы остановились.

Я с интересом заозиралась по сторонам. Собственно, Великий путь я имела возможность лицезреть хоть каждый день почти всю свою сознательную жизнь, ведь он проходил буквально в нескольких шагах от моего дома. Эта часть пути внешне практически ничем не отличалась от той: такая же широкая дорога, мощенная камнем, темно-фиолетовым в черных прожилках.

Камень этот нигде больше не встречался, и даже гномы, которые разбираются в минералах лучше, чем кто-либо иной, не могут сказать ни слова ни о его названии, ни о происхождении. По одной из старинных легенд, когда боги пришли в наш мир и из глубин Туманного океана проступила суша, бог знания, истины и высшей справедливости Хисаэрт выбрал место на материке, где сойдутся все дороги, и воткнул туда свой посох. От посоха потянулась вперед первая дорога, фиолетовой лентой обогнула материк и к нему же возвратилась.

Конечно, Великий путь давным-давно перестал быть единственной дорогой на материке. Появилась целая паутина новых, но все они так или иначе соединяются с ним. Так что слова бога истины оказались правдивыми.

Сегодня здесь было более чем оживленно. По Великому пути двигались три длиннющих купеческих обоза, причем со скоростью тучных гусениц. Кажется, я только теперь стала замечать плюсы соседства со Страшным лесом. По крайней мере, я была избавлена от таких вот шествий под окном.

Пока мы их пропускали, я спешилась, чтобы немного размять ноги. Хорошо хоть снегопада нет, а то мы рисковали бы превратиться в четыре пушистых сугроба.