Вредность - не порок

— Вот объясни мне, — проворчала я, — почему, когда тебя не было рядом, я могла нормально колдовать и никакое энергетическое истощение не мешало, а теперь…

— Понятия не имею, — пожал плечами властелин. В скованном виде у него это вышло не слишком хорошо, но общий смысл я уловила.

— Что «ну»? По-твоему, у меня дома целый гарем хранительниц? — начал злиться мужчина.

Я пристыженно затихла. И как ему удается постоянно заставлять меня чувствовать себя полным недоразумением?

— Он отобрал твое кольцо, — тихо произнесла я и бросила извиняющийся взгляд на властелина.

— Вот так запросто взял и отобрал? — Алекс заинтересованно приподнял бровь. — Кольцо?

— Ну не кольцо, а кинжал, — исправилась я. — Можно подумать, есть разница.

— Есть, причем колоссальная. Кольцо он смог бы снять разве что с трупа. Так что не волнуйся, оно к тебе вернется. Пообижается на безголовую хозяйку, разбрасывающую артефакты где ни попадя, и вернется.

Мысль о том, что любимое имущество скоро снова будет при мне (нет, я не жадная, что вы!) заметно придала уверенности.

Что ни говори, а я уже успела привыкнуть к этому орудию пыток. Тем более что сейчас его помощь была бы нелишней.

Положение в ближайшее время измениться не угрожало. Забыли про нас, что ли? Значит, можно и поговорить.

— Ты не поверишь, что с нами произошло, — начала я.

— Поверю — очередная гадость. Зная тебя, ни на что другое надеяться не приходится.

Рассказ обо всех злоключениях, начиная с нападения на постоялом дворе и заканчивая побегом из дома тетушки, получился на удивление длинным.

А ведь и суток не прошло. Да уж, жизнь бьет ключом и почему-то всегда мне по голове! И отчего мне дома не сиделось? Проблем однозначно было бы куда меньше.

— Прости меня, — тихо попросила я.

— Выучила новое слово? — хмыкнул властелин.

— Вот как с тобой можно нормально разговаривать! — возмутилась я. — Я тебе, между прочим, о серьезных вещах говорю, а ты!..

Слов на него не хватает! Разве что привлечь парочку позаимствованных у одного крылатого субъекта?

— Хватит себя грызть, оставь и мне что-нибудь.

 — Прежде чем я успела открыть рот, он сообщил: — Габриэль жив.

— Как в том, что меня зовут Алексэрт. Видишь ли, когда властелин использует свой дар, между ним и объектом устанавливается особая связь. Навсегда. Я бы почувствовал, если бы нить разорвалась.

Одним поводом для беспокойства меньше. Уже хорошо. Теперь можно подумать о том, кто нас похитил, зачем и, главное, как бы освободиться.