Вредные игрушки

Шептались на причале, слов мы разобрать не могли, но в одном из шептунов узнали нашего капитана. В темноте отчетливо белел его прекрасный китель.

Тут к ним подошли с берега еще двое. И капитан повел их на пароход. Они спустились в трюм, а мы замерли в своей шлюпке, под брезентом.

Вскоре из трюма поднялся капитан и те двое. Они вытаскивали на палубу большой ящик. Передохнули, перенесли его по трапу на причал. Там ящик забрали другие люди и унесли в темноту, где тихо пофыркивала, судя по звуку двигателя, большая машина.

Затем эти двое снова спустились в трюм и вытащили из него еще такой же ящик. Когда они спускались по трапу на причал, один из них споткнулся, и они чуть не выронили ящик в воду.

А из ящика при толчке раздался жалобный детский голосок:

Он произнес эту фразу на английском языке.

Когда ящик погрузили в машину, и она уехала, а на палубе никого не осталось, мы на цыпочках вернулись в свою каюту и заперли дверь на задвижку. Алешка даже иллюминатор задраил.

– В бандитское гнездо опять попали, – удрученно прошептал он. – В плавучее.

– Надо удирать, – предложил я.

– На берег. В милицию.

– А что мы им скажем? Что в каких-то ящиках каких-то английских детей таскают? С корабля в машину, да? Посмеются, и все.

– Вообще, ты прав, – согласился я. – Надо бы сначала разобраться в этом темном деле.

– Ага, – обрадовался Алешка. – Пролить на него свет. – Он ненадолго задумался и сказал: – А я уже разобрался. Они в каком-нибудь детском саду украли детей и теперь их продают по одному.

– Зачем? – удивился я.

– Для денег, не знаешь, что ли? У кого своих детей нет, так они себе их покупают. В России. У нас-то детей полно.

– По телеку рассказывали.

Не зря мама все время повторяет, что телевизор смотреть вредно. Особенно впечатлительным и непредсказуемым детям.

– Где же это они столько в России нашли детей со знанием английского языка? Врубись, ребенок!

Но у Алешки на все готов ответ:

– У нас же есть всякие сады с углубленным изучением иностранных языков.

Ага, знают. Причем самые неприличные.

– Нет, Леха, – сказал я. – Что-то тут не то.

И мой брат, вздохнув, согласился:

– Что-то тут другое.

На палубе было тихо, пароход, казалось, спал, приткнувшись к причалу.

И мы тоже уснули, оставив разгадки на ближайшее будущее.

Утром в кают-компании капитан сделал объявление.