Вредные игрушки

Эти требования, поскольку они не очень ущемляют права пассажиров, я принял, уступая силе и обстоятельствам. Каковы будут дальнейшие действия захватчиков, пока неизвестно. Прошу всех соблюдать спокойствие и дисциплину. А также, во избежание печальных инцидентов, беспрекословно выполнять все требования террористов».

Это сообщение я выслушал на палубе, чтобы знать реакцию пассажиров.

Она была нормальной.

Дама с пальчиком захлопала в ладоши, увидев меня с автоматом и пистолетом:

– Боже, как мило! Не успели спастись с необитаемого острова, как попали в лапы разбойников.

Можно подумать, что она всю свою жизнь только и мечтала, чтобы поскорее попасть в лапы разбойников.

Дядька в трусах даже не проснулся в своем шезлонге. Осторожный дядька пролепетал:

– Главное, чтобы эта игра не зашла слишком далеко. Я не хочу больше на необитаемый остров.

Дядя Вова крякнул от удовольствия и расхохотался:

– Вот это по-нашему! Выкуп требуй, пацан. Да покруче. Можешь на меня рассчитывать.

А мы, кстати, на него и рассчитывали.

А все остальные пассажиры тоже довольно спокойно и с живым интересом отнеслись к новой затее капитана.

Удовлетворенный, я вернулся в рулевую рубку. Алешка уже стоял за штурвалом, а рулевой объяснял ему принципы управления судном.

Я выдернул затычку из трубки:

– Машинное! Есть готовность? – и приложил к ней ухо.

– Так точно! Есть давление.

Я мог бы и не спрашивать, потому что над пароходом уже стояли клубы черного дыма, а из нужных клапанов шипели упругие султаны белого пара.

– Отдать швартовы! – заорал я в окно рубки. И матросы послушно выполнили мою команду.

Я снова взялся за пробку:

– Машинное! Самый малый вперед!

– Есть «самый малый».

Колеса парохода прогнули и тихо повернулись. «Илья Муромец» стал медленно и плавно отходить от причала. Оказывается, не так уже сложно отдавать приказания. Гораздо сложнее их выполнять. Надо бы родителям при случае об этом напомнить.

Пароход вышел, разворачиваясь, на стрежень, меж двух бакенов.

– Малый вперед! – скомандовал я. И колеса зашлепали чуточку резвее.

– Держи вон на тот створ, видишь, полосатый такой столб? – подсказывал рулевой Алешке. – Да легче, легче, не так круто.

Алешка действительно в усердии так крутанул штурвал, что пароход ощутимо накренило. Мне даже показалось, что в трюме возмущенно взвыли негодные игрушки. Или зеленый капитан?

– Можно прибавлять до «полного», – сказал мне рулевой.