Временно женаты

О нем есть, кому позаботиться, - говорит Игорь Геннадьевич уверенным голосом, - Я выступлю с опровержением, потому что слова Платона ложь.

- Да... да. И... Его следует уволить немедленно.

- Это вам решать, - поднимает вверх обе руки.

Когда он уходит, я допиваю свой кофе и пытаюсь начать работать. Бездумно листаю техническую документацию с двух других месторождений, на которых к весне следующего года мы планирует установить такие же телеметрические системы, но через пару минут понимаю, что информация не усваивается.

Я думаю о том, как сейчас на моем месте поступил бы Стивен. Позвонить ему, чтобы спросить совета?.. Да, пожалуй так и сделаю вечером, а сейчас буду действовать так, как советовал Зинатов. У меня нет причин не доверять ему.

Троценко старший приезжает в офис ближе к обеду. К этому времени я уже успеваю обсудить скандальную ситуацию с Юрием Андреевичем и отказаться от его предложения замять дело посредством взятки.

Иван Петрович заваливается в мой кабинет и грузно падает на диван.

- Когда прилетает твой муж?

- Завтра.

Молча кивнув, он уставляется в стену напротив. Его глаза красные, словно он всю ночь не сомкнул глаз, и наверняка так и есть. Короткие с проседью волосы взъерошены, рубашка несвежая. Возможно, он и вовсе не ночевал дома.

- Я не стал забирать его, - наконец, говорит мужчина, остановив на моем лице тяжелый уставший взгляд.

- Я думаю, ему будет полезно... - отвечаю тихо, мобилизовавшись внутренне на случай, если он отреагирует с агрессией.

- Трое суток, Стеша... Мать поседеет, но Платону это будет уроком.

Мне сложно говорить с Троценко на такую тему, но он ведь сам пришел... Поэтому, подавшись вперед, я переношу вес на сложенные на столе руки и делаю глубокий вдох перед тем, как сказать:

- Ваш сын нанес вред репутации компании.

- Я сам этого не хочу.

- Зинатов даст опровержение его словам о том, что он владеет пакетом акций...

- Сученок, - выругивается, растирая рукой лицо.

- Что с той девушкой? Почему она оказалась на улице без одежды?

- Говорит, что поссорились. Платон заставил ее снять то, что куплено на его деньги, и выгнал из машины...

- О, господи...