Время героев: рассказы, эссе

Ты, войдя в бесконечные противоречия с окружающим тебя бытом, снимешь однокомнатную квартиру в Текстильщиках. Потом тебя отчислят из института из-за проблем, вызванных состоянием твоей психики, разрушенной играми с псилобисциновыми грибами и химическими препаратами. В итоге ты окажешься в странноприимном доме, именуемом у вас «дуркой». Как тебе такой базис?

– Что ты за хуйню несешь? – Саша выкинул в форточку сигарету. – Какой рак, какая любовница? Ты ширяешься? Обычная винтовая малолетка?

– Неверие свойственно людям.

Это тебе еще Татьяна Павловна говорила, твоя классная руководительница, когда ты не поверил ей, что если не перестанешь дразнить Мишку Розенблата жиденком, то у тебя начнутся проблемы в школе, потому как папа его работает в Министерстве путей сообщения и помогает Татьяне Павловне строить дачу. Тогда твоя мать вовремя пришла в школу, а то ты бы в пионеры вступил классе в десятом.

Еще ты не поверил бабушке, когда тебе было четыре года и она сказала тебе, что резиновая фишка от лото может попасть тебе в горло и ты можешь задохнуться.

Поэтому грызть ее нельзя. Тогда тебе повезло, что сосед дядя Леша умел делать искусственное дыхание и нажимать на нужные точки, чтобы фишка выскочила обратно. Так же ты не поверил Илюхе из четвертой группы, что Катя Богданчикова действительно имела секс со многими вашими сокурсниками. Именно поэтому ты две недели назад закончил пить антибиотики от триппера. Это тебе еще повезло, что вылечился, потому что, как тебе и говорили, с алкоголем они не сочетаются. Неверие. Кругом одно неверие. Отсутствие веры сгубит человечество.

– Илюха?! Ну ладно, это ты еще могла узнать, про Татьяну Павловну тебе мог Серега рассказать, но бабка-то?.. А… ты с Ленкой, дочерью соседки в колледже училась?

– Ага. Точно. И еще рядом с твоей матерью в ванной стояла, когда ты в шестом классе за ней подглядывал через окно между ванной и туалетом.

Саше стало тяжело. Он не мог дышать. Его зазнобило. Страх вливался в него через глаза, ноздри и рот.

– Кто ты? – прохрипел он.

– Ася.

Мы же договорились. Не бойся, иди ко мне. Ты мне еще музыку не поставил.

Она закинула на него ногу и впилась в его губы. Саша уже ничего не видел, только как сквозь сон уловил ее последние слова:

– Завтра. Завтра будешь принимать верные решения…

Что мы имеем сейчас? Персона 286 214 587 321 лежит в данный момент на земле с пробитой головой и переломами, несовместимыми с дальнейшим жизненным циклом. Кажется, это называется самоубийством. Цикл нужно писать заново.