Время Героев. Том первый

Но после битвы, проезжая мимо своего дома в поселке, Дара ощутила, как защемило в сердце. Что-то привыкла она к этому всему. К их дому. К Цеси и Каминан. К шебутной Талии, к суровой Даяне. К задумчивой, в последнее время Саэко, которая постоянно что-то изучала в учебниках. К Юлисе, которая чем дальше, чем жестче становится. Никто не удивится, если она, в конце концов, станет легатом. Или, хех, Императрицей.

И, разумеется, Дара привыкла к тому, что у них есть муж. Который редко бывает дома, но когда бывает, то его становится так много, что никаких сомнений не вызывает, что этот парень тоже часть семьи.

А когда они прибыли на место постоя, то к ним прибежала Талия. И сообщила, что этого неугомонного опять ранили. И екнуло в груди. Хотя пора бы уже привыкнуть, что Аринэль будет всегда такой, будет лезть в самое опасное место.

«А с другой стороны, запросто кто-то мог из семьи сегодня остаться на поле».

Так что тут надо говорить о семейной традиции. Аринэль берет пример со своего отца, со своих матерей.

Такие они, Тайфолы, всегда на острие атаки.

Сестра, как обычно, промолчала. Но Дара ее прекрасно знала. Таша, на самом деле, воспринимает все еще болезненнее. Вон, как у нее лицо окаменело.

В детстве же именно она первой стала возиться с наивным большеглазым мальчуганом, который ходил хвостом за своей сестрой. Таша всегда такая была, то жеребенка со сломанной ногой выходит, то задумчиво смотрит на закат, когда ходили табун пасти. Вместо того, что ужинать.

Немного странная, в общем. А потом, когда Цеси с Каминан в шатре поселились, Таша с Ками сильно сошлись. С Цеси тоже, но больше с Ками. Бывало Каминан что-то ей рассказывает, помешивая суп, а Таша сидит, внимательно слушает… Ками и сейчас Таше что-то постоянно показывает.

И Айри сестра действительно любит. Сначала, наверное, просто как старший который заботиться о младшем. А потом… Потом Айри стал сильным. Сильным… И правильным, так как-то. Тут уже Дара сама могла рассказать.

И переключилось даже не в тот момент, когда они возлегли.

А тогда, когда они с Ташей нашли Аринэля и Цеси в комнате с ранеными. По крайней мере, за себя Дара могла сказать именно так. В той комнате, где пахло кровью, на них посмотрел не мальчик, а мужчина. Усталый взгляд воина, который только что смотрел смерти в глаза… И победил. В этом взгляде была сила. Немного грусти. Тепло. К ним. Это такой взгляд, от которого делается… В животе что-то сжимается. Сладко.