Время «мечей»

Потом он продумал слова и фразы, которые собирался использовать в разговоре с руководством: надо, чтобы они были обтекаемыми, но вместе с тем достаточно понятными… Чтобы Горшенев сам пришел к той мысли, которую он собирался ему подсунуть. Конечно, идти с таким предложением к начальнику Управления «Т» он бы не решился, но тот в госпитале, на плановом профилактическом обследовании, а исполняющий обязанности заместитель тоже очень хочет проявить себя и показать, что готов к самостоятельной руководящей работе… Так что они оба заинтересованы в том, чтобы сделать то, что пришло ему в голову!

Шерстобитов позвонил в приемную и попросился на прием.

Ему назначили через десять минут, и это был признак хорошего отношения со стороны начальства.

Как всегда, машины оставили перед оврагом, рядом с двумя затонированными джипами, и дальше пошли пешком. Впереди шел Оловянный, остальные растянулись сзади. На Шауру сразу, как выехали, надели шапку типа «орех», натянули на глаза. Поэтому он то и дело спотыкался и упал бы, но Абрикос и Джин поддерживали его с двух сторон.

Дёрганый шел сзади, непрерывно озираясь и держа автомат наготове, то есть полностью оправдывал свое прозвище.

В таком порядке перебрались через овраг, так и подошли к домику под шиферной крышей, возле которого ждали несколько человек из группы Маомада. Навстречу хозяину выбежал верный Саид, который всегда охранял тайное убежище амира.

– Спасибо, Саид, молодец, – Оловянный прошел мимо, внимательно подмечая все вокруг. Маомад стоял в дверях, значит, Мухаммад уже на месте.

Пес преданно служит новому хозяину… И набирает силу – с этой парочкой надо держать ухо востро!

Оловянный зашел в дом. Эмиссар действительно был уже там – сидел за пустым столом и смотрел перед собой невидящим взглядом. Так можно сидеть часами и сутками – Руслан тоже так умел.

Они дружески поздоровались.

– Ну что? – спросил Мухаммад.

– Вроде все складно, – пожал плечами Оловянный. – Проверять надо.

– Некогда его проверять. И незачем! Давай, заводи!

Перед тем как пропустить чужака, Маомад обыскал его и только после этого втолкнул в комнату.

Но обыск оказался поверхностным, поэтому нож в левом рукаве он не обнаружил.

Спускаться в бункер Оловянный и Мухаммад не стали. Некоторое время они рассматривали Шауру, потом Оловянный стащил с его головы раскатанную шапку.

– Вот, Сосо, этот человек хотел с тобой поговорить, – указал амир на посланца Центра.

– Так ты же уже говорил? – недовольно скривился Шаура.