Время жить. Пенталогия (СИ)

 — Так и быть, грабь мой.

— Это дело, — обрадовался Сентер, раскрывая холодильник и засовывая две бутылки в карман своих шортов. — И не раскисай, дружище. Не забудь, вечером надо будет заняться спасением чужой жизни. Идешь к послу?

— Конечно, как не пойти? Он ведь без нас совсем пропадет. Сопьется.

— Еще бы. Совсем беднягу достало. Вчера говорит мне, мол, до сих пор не могу понять, кому я в МИДе дорогу перешел? Плевать я, мол, хотел, что здесь я чрезвычайный и полномочный. Только и мечтаю, говорит, пусть, секретарем, пусть атташе, лишь бы где-нибудь в цивилизованной стране.

— Вот-вот, — невесело согласился Билон. — Я его очень хорошо понимаю.

— Ничего, Майди, главное — не вешать нос. Подумай, разве жизнь не прекрасна? А то что-то ты в последнее время кислый. И меня поддерживаешь плохо.

— Да сколько можно? Я здесь сам скоро алкоголиком сделаюсь! Нет, если вернусь домой, ни к чему крепче сока и не притронусь.

— Все правильно. Но сегодня ты мне поможешь.

Да, кстати, к тебе скоро гости должны пожаловать. Мне сегодня Собеско с Эргемаром сообщили. Говорят, везут для тебя что-то интересное. Ну, бывай.

Еще раз улыбнувшись на прощание, Сентер захлопнул за собой дверь. Билон благодарно посмотрел ему вслед, чувствуя, что и его настроение немного повысилось.

Вилам Сентер был настоящей душой общества в маленькой горданской колонии в Дурдукеу. Он занимался различными вопросами снабжения геологоразведочных групп, постоянно решал какие-то сложные проблемы, регулярно общался с местными чиновниками, как правило, младшими сыновьями из знатных родов, умеющими только перекладывать ответственность с друг на друга, но, тем не менее, никогда не терял хорошего настроения.

Он, да еще упомянутые Сентером Кен Собеско и Драйден Эргемар — пилоты, на своем вертолете доставляющие припасы геологам, были лучшими друзьями Билона.

Вздохнув, Билон поднял с пола недельной давности газету, пришедшую с позавчерашней почтой.

Читать не хотелось. Домашние, горданские новости вызывали острую тоску по родине, а с международной информацией Билон уже ознакомился.

Международная информация тоже не радовала. Время было тревожным, и в мире чувствовалось заметное напряжение.

Прошло девятнадцать лет, как закончилась последняя большая война, и уже выросло новое поколение, готовое сложить свои головы в очередной бойне.