Время жить. Пенталогия (СИ)

Так или иначе, но Соррас Калансис сменил фрак завсегдатая аристократических салонов на рабочую фуфайку, выступал на митингах, доставал материалы для печатания листовок и прокламаций, оборудовал у себя в подвале подпольную типографию, как-то незаметно для себя стал одним из признанных лидеров оппозиции во Фраувенге и, наконец, был избран в зеллийский сенат, многие десятилетия считавшийся только данью традиции и не принимавший никакого участия в управлении.

Однако новый сенат, подавляющее большинство в котором завоевали националисты, смело бросил вызов как традициям, так и центральному правительству в столичном городе Галане.

Опираясь на старинные вольности и уложения, он на первом же заседании объявил Зеллиду независимой республикой и себя — высшим органом этой республики, а затем, опираясь на подчинившуюся ему национальную гвардию, сместил чинетского губернатора и установил свою власть уже де-факто. Тогда правительство Чинерты, ранее проспавшее выборы в Зеллиде, объявило сенат мятежным и бросило на Зеллиду королевскую армию. Началась гражданская война.

Первое время Соррас Калансис не особенно отличался от всех остальных депутатов. Вместе со всеми он проголосовал за независимость, что, исходя из тогдашней ситуации, неминуемо означало войну; вместе со всеми он избрал президентом Зеллиды вождя крайних радикалов Хорема Гарта; вместе со всеми он согласился сначала с исключением из сената, а затем и арестом шести депутатов, проголосовавших против провозглашения независимости; вместе со всеми он, скрепя сердце, отдал свой голос за принятие чрезвычайных законов военного времени и вместе со всеми принял требования президента Гарта о предоставлении ему на время войны диктаторских полномочий.

Однако в душе Соррас Калансис оставался (или еще оставался) предпринимателем, и зрелище экономики, стремительно разрушаемой чрезвычайными военными законами и разрывом привычных связей с Чинертой, заставило его перейти в стан новой оппозиции. Он уже воздержался при принятии так называемого закона об антизеллийской деятельности; сказавшись больным, не явился на заседание, посвященное ратификации зеллийско-баргандского договора, превращающего Зеллиду в полуколонию Барганда, и наконец, после расстрела войсками антиправительственной демонстрации в его родном Фраувенге, больше других крупных городов пораженном экономическими неурядицами, открыто выступил в сенате против президента Гарта, обвинив его в установлении новой диктатуры и геноциде собственного народа.