Время жить. Пенталогия (СИ)

Меблировка Малого Зала была проста и функциональна: тринадцать черных кожаных кресел — больших и удобных, столики с напитками, широкоэкранный цветной телевизор в углу и зачехленный киноаппарат у дальней стены.

Двенадцать кресел стояли неправильным полукругом, тринадцатое — напротив остальных, в простенке, почти касаясь тяжелых темно-синих портьер, занавешивавших окна. Человека, который сидел в этом кресле, звали Лёрид Кирстен, и он был президентом Горданской Республики.

Лёриду Кирстену полгода назад исполнилось сорок шесть — он был самым молодым президентом Горданы за последнее столетие.

Злые языки утверждали, что своей победой на выборах весной этого года он был в первую очередь обязан своей внешности, принесшей ему большую часть голосов женской аудитории. Даже если и это не было правдой, для подобных слухов все же имелись некоторые основания. Лёрид Кирстен действительно выделялся как на фоне остальных кандидатов, так и предшественников на президентском посту. Высокий, широкоплечий, с телосложением спортсмена и привлекательным волевым лицом с решительным взглядом серо-стальных глаз и ослепительной мальчишеской улыбкой, всем своим видом он вызывал доверие и симпатию.

Путь Лёрида Кирстена к вершине власти был прямым и стремительным. Родился и вырос он в Зейгалапе — средних размеров промышленном центре на северо-востоке страны. В двадцать два года унаследовал от рано умершего отца семейное предприятие — небольшую строительную фирму с семидесятилетней историей, но весьма скромными достижениями.

Это был скромный, но достойный кусок хлеба, однако молодой Лёрид Кирстен желал большего. И не только желал, но и мог.

Толчком в нужном направлении стала женитьба на Ларге Скэб — дочери одного из наиболее влиятельных лиц города. Представившиеся возможности были использованы с максимальной эффективностью. Уже к тридцати годам Лёрид Кирстен был своим человеком в кругах высшего общества Зейгалапа, ворочал миллионами и делал щедрые пожертвования в кассу относительно небольшой, но влиятельной Прогрессивной партии, вот уже четверть века безраздельно правившей городом.

Такое стремительное возвышение не могло остаться незамеченным. По городу время от времени ползли слухи, но… они так и оставались только слухами: Лёрид Кирстен умел хранить свои и чужие секреты, к тому же, к этому времени он успел стать неофициальным лидером ряда молодежных организаций и имел все возможности как словом, так и делом оградить свою сферу влияния от конкурентов и любопытствующих.