Время золотое

Слышал, как страшно лязгнуло, взвыло и ахнуло. Таран ударил в железо. Бронебойный клин врезался в цепь полицейских. Толпа, как кипящий вар, облепила щиты и шлемы.

Рубились в рукопашной насмерть. Боевики ногами били в щиты, наносили удары в голову. Проминалось железо, слетали с голов шаровидные шлемы, трескались пластмассовые забрала. Полицейские дубины ломали скулы и челюсти, тупо глушили. Удары щитов плющили тела, в кровавые лепешки сминали лица.

Полицейский, потеряв щит и шлем, ошалело, как оглушенная рыба, пучил глаза, а его валили, топтали, запрыгивали ногами на грудную клетку, выдавливая изо рта струйку крови.

Демонстрант упал на колени, а его дубасили с обеих сторон, и при каждом ударе дубины из него вылетала красная жижа, в которой сверкали выбитые зубы. Он клонился, заваливался, а его продолжали бить, словно вгоняли в асфальт. Двое схватились, коленями били в пах, топтались, хрипели, пока полицейский не боднул головой демонстранта, и тот отшатнулся, получил вдогонку удар ногой, от которого тупо рухнул. И среди рукопашной, уклоняясь от ударов, двигались полицейские операторы с телекамерами, выхватывая лица боевиков.

Схватка напоминала жуткое нерестилище, которое трещало, бурлило, брызгало кровавой икрой и молокой. У боевиков слетали платки, открывались молодые ненавидящие лица, рты, изрыгавшие мат, расквашенные в кровь носы. Полицейские, потеряв щиты и дубины, бились, как борцы без правил, доставая ногами врагов. В руках боевиков появились заточки, и двое полицейских ахнули, хватаясь за бока, откуда извлекали тонкую, окрашенную кровью сталь.

Грохнул взрывпакет, на мгновение расшвыряв полицейских, но открывшаяся пустота вновь наполнилась яростными клубками. Полетела пластмассовая бутылка с бензином, полыхнула липким огнем. Полицейский, охваченный пламенем, закрутился волчком, по-звериному взвыл, оставляя ряды.

Заслон был прорван, цепь разомкнулась. Черная магма с ревом потекла, заливая мост до перил и бронзовых фонарей.

Бекетов, оттесненный в сторону, видел взмахи дубинок, слышал лязг щитов. Под ногами у него валялся разорванный транспарант. Знаменосец с имперским флагом наклонил древко, действуя им как копьем. Молодая женщина схватила на руки ребенка, поворачиваясь спиной к ударам.

Бекетов увидел Елену, ее смертельно белое лицо, беззвучно кричащий рот. Ринулся к ней, рывками приблизился, схватил за рукав и, почти отрывая его, потянул, выдирая из драки.