Он ожидает окончательного результата. Если ж такового не будет, то кто-то окажется виноватым. Как ты думаешь, кто в таком случае будет виноват?
— Тот, кто разработал весь план, — сказал я. — Ян Нуккер.
— Директор из прачечной, — фыркнул Вильфред Сандберг. — Всю шведскую экономику обнюхал, чтоб найти предприятие... с перспективой!
Он просто-таки выплевывал слова.
— Пострадали-то мы, несчастные идиоты в «Сентинел». У нас была такая структура капитала, которая подходила под его расчеты. Из нас, мол, деньги можно быстро выкачивать.
Но одного директор прачечной не учел, а именно — чем мы занимались!
За столом стало тихо.
— Расскажи теперь, какую помощь ты хотел нам оказать? — сказал я наконец.
Он отложил зубочистку в сторону."
"— На кого надо обратить внимание, когда происходят странные вещи? Где начинать искать? Кто виноват в том, что «Сентинел» катится к чертовой матери? У кого есть все основания раздобывать нечистые деньги?
Тарн заерзал на сиденье.
— Нечистые деньги?
Мы опять сидели молча и ждали.
Вильфред Сандберг соизволил ответить:
— Нечистые деньги. Если у кого и есть возможности добыть их, так это у охранников. Они спокойно ходят ночью по разным предприятиям. Могут учинять там все, что угодно.
— Что ты имеешь в виду?
— Заниматься промышленным шпионажем. Экономическим шпионажем. Покрывать воровские шайки. Мошенничать со страховками. С компьютерами. Это прибыльнее, чем бегать по своим маршрутам, гасить лампы и выставлять счета на сто пятьдесят крон в час за меры, принятые для сбережения электроэнергии.
Тарн сидел, явно надеясь, что к кофе ему дадут и рюмочку. Но Вильфред Сандберг уже послал на тарелочке в кассу свою кредитную карточку.
— И грабить транспорты с ценностями, — сказал Тарн, глядя прямо перед собой.
Вильфред Сандберг уставился на него. Об этом он не подумал. Лоб наморщился.
— Ты имеешь в виду, как вчера утром, на Магелунгсвэген?
Я начал выбираться из-за стола.
— Бодрящий был шницель, — сказал я.
Подошла тетя в народном костюме, чтобы ей подписали счет.
— Можешь теперь пойти к метрдотелю и стряхнуть с него пыль, — сообщил я ей. — Мы уходим.
Сандберг поднялся, не говоря ни слова. Он был явно не в себе. Тарн улыбался, пожимая плечами.
— Спасибо за венский шницель, — сказал он.
Выйдя на улицу, Тарн попытался поддержать веселый разговор, но Вильфред Сандберг уже заказал такси.
— Видишь ли, все это так сложно, — сказал ему Тарн. — Мы ничего не понимаем. Происходят странные вещи...
