— Вы слышали что-нибудь о продаже «Сентинел»?
Как же, слышал:"
"— Куплено в прошлом году Густавом Даллем, владельцем «Молота». Какой-то прыщ Нуккер стал новым директором-распорядителем. Папочку Карло прогнали, так?
Бертцер отрывисто вздохнул и ответил:
— Купили все это американцы.
Он уселся попрочнее.
— Мне даже не сказали, что увольняют. Нуккер явился в «Сентинел» в понедельник утром. Встретил моего шофера в коридоре. «Ты кто такой?» — спросил. «Я шофер директора Бертцера». И тогда он заорал: «Не нужны нам больше никакие шофера».
Он жалобно поглядел на меня. Я пожал плечами. У меня шофера никогда не было.
— Затем всех ведущих сотрудников, примерно дюжину, собрали на совещание. Нуккер не сказал ни слова, пока все не собрались. Тогда он поднялся и объявил, что теперь действуют новые правила. «Сентинел» выходит на биржу. Для этого требуется устойчивая прибыль порядка ста миллионов крон в год.
Вот как? Я склонил голову набок и глубокомысленно наморщил лоб.
— Вижу, что вы не разбираетесь в экономических подробностях. «Сентинел» до тех пор, под моим руководством, давал прибыль от двадцати до тридцати миллионов крон ежегодно. Единственным исключением был год перед продажей «Сентинел». Тогда мы неверно скалькулировали стоимость установки компьютерного центра. Прибыль понизилась на десять миллионов. Попытайтесь понять: этот человек пожелал выжать из фирмы более чем тройную прибыль! Новые владельцы купили «Сентинел» за сто двадцать пять миллионов крон и хотели утроить прибыль!
Тут я проснулся:
— Погоди.
.. купили за сто двадцать пять миллионов? И хотели получать прибыль в сто миллионов ежегодно?
Бертцер слегка наклонил голову.
— В принципе — да.
Я таращился на него в изумлении. Вспомнились веселые янки, которые купили землечерпалку и за несколько месяцев отхватили прибыль в сто процентов на старой золотоносной реке в Колумбии.
— Мы, чай поди, в Швеции находимся? — сказал я.
Он снова склонил голову.
— Неплохой дивиденд с капитала, — пробормотал я.
— Да, — ответил он. — Но на этом история не кончается. Вы забываете выход на биржу. Это дало бы шестьсот миллионов крон.
В голове у меня все как будто замерло и остановилось.
— Спокойно, — сказал я. — Значит, так: Густав Далль купил «Сентинел» за сто двадцать пять миллионов крон. Потом нанял батрака, чтобы тот взвинтил прибыль до ста миллионов в год.
