Время волков

Спотыкаясь, я направился к Тариэлю, ему надо оказать помощь, случись с ним что, даже подумать страшно, что будет с нами."

"– Брюс, если можешь, подай мой мешок, – попросил я, наклоняясь над Тариэлем, надо было срочно остановить кровь. Распахнув куртку на проводнике, я разрезал кинжалом его рубаху, обнажив место, куда был нанесен удар. Раны были страшные, плечо и грудь с левой стороны прилично так разворочаны. Правда, при осмотре оказалось сломано всего два ребра, легкие были не задеты и все остальные кости целы.

Тариэль был бледен и без сознания. Я промыл раны и наложил повязку, после чего мы перенесли Тариэля поближе к костру.

Все постепенно приходили в себя после схватки, осматривали синяки и кровоподтеки. В той или иной помятости были все, я достал из рюкзака флягу, в которой у меня было вино, и, разлив по кружкам, предложил выпить за чудесное спасение и победу над монстром. Наш небольшой коллектив был только за, мы молча выпили и так же молча расселись у костра, рядом с лежащим Тариэлем, прислушиваясь к его хриплому дыханию.

Алкоголь все-таки снял напряжение боя, и, посидев немного, я стал вновь разводить костер, а парни, охая, поплелись за хворостом. Надо было что-то приготовить и поесть. В это время пришел в себя Тариэль.

– Алекс, все целы? – первым делом задал он вопрос.

– Целы, целы, за исключением нескольких синяков, ничего с нами не произошло, – обрадованно проговорил я.

– Будь добр, принеси из моей сумки зеленый пенал, – попросил Тариэль.

Я со всей скоростью, на которую был способен в этот момент, направился к лошади проводника. Открыл притороченную к седлу чересседельную сумку и почти сразу увидел лежащую зеленую коробочку, взял и отнес ее к Тариелю. Тот достал из нее что-то небольшое, сиреневого цвета, больше похожее на соцветие хмеля, и проглотил. Буквально через несколько минут его лицо начало принимать нормальный цвет, ушла бледность, и даже заблестели глаза.

– Вот возьми, – протянул он мне два таких же соцветия, – каждое подели пополам и раздай всем по половинке, это поддержит вас и подлечит раны.

– Кто это был? – спросил я.

– Это был низложенный бог… Лимгитон. За какое-то прегрешение его лишили божественной сути, но не развеяли, а отправили в одну из реальностей, пострадавших от катаклизма, где нет мыслящих существ. Дается определенный срок наказания, после чего его могут вернуть обратно, предварительно проверив, все ли у него в порядке с головой.