Время волков

Через некоторое время из цветного принтера стали выстреливать снимки, камеры на АМЛ стояли качественные, высокого разрешения, такие точно, только более крупные, ставили на спутники для наблюдения за вероятным противником. Правда, пока там и не за кем было наблюдать, после нанесения «удара революционной ярости» Европа и Великобритания еще долго будут приходить в себя. А нечего было науськивать Гитлера и вместе с ним участвовать в агрессии на молодое советское государство россов. Пусть и прошло после войны уже сто пятьдесят лет, но никто не забыт и ничто не забыто.

Фотографии были исключительно четкие, всё видно до мельчайших деталей. Четыре мужчины и красивая девушка верхом на лошадях – да, на лошадях, лейтенант вспомнил название этих животных. Сейчас их практически не осталось, ну кое-где в больших зоопарках разве что. В исторических фильмах использовали графику компаудов, ну еще говорили, что высшие вожди революции тоже имеют этих прекрасных животных и даже ездят на них.

«А девушка очень хорошенькая», – думал он по дороге, рассматривая фото.

– Разрешите, ваше революционное могущество, – обратился лейтенант к комиссару, как обращаются к генералу армии.

– Давай уж, вошел же… Что там опять? – смягчился немного комиссар.

– Фото объектов, как вы и приказывали, – и лейтенант положил на стол пачку фотографий.

– Ладно, ступай, надо будет – вызову, – махнул рукой комиссар, а сам углубился в изучение фотографий. Вот… вот то, что вытащит его отсюда. Да, эти люди на фото точно не местные, а судя по тому, что в Европе ничего не происходит без ведома АСР[2], то и не оттуда… Амеры или арабы… что же, может быть. Правда, одежда на них довольно странная и оружие, что болталось у них на ремнях, очень уж древнее, ничем иным, кроме как оружием, это быть не могло.

– Так, так, так, ну что же, спешить не будем, проследим, куда они направятся в городе и к кому, а потом возьмем их тепленькими, а там и сами все расскажут, есть методы, – усмехнулся комиссар и нажал кнопку вызова дежурного по управлению.

* * *"

"Я с удовольствием разглядывал машины, людей, правда на улице их было мало, а те немногие, которые встречались, были одеты и выглядели как-то однообразно, и, разинув рот, смотрели на нас.