В каком-то тумане она опустилась на табуретку, машинально отхлебнула кофе из поставленной перед ней матерью чашки, сморщилась от резкого вкуса и словно пришла в себя:
– Мама, мне нужно срочно с тобой поговорить.
– Говори, – Наталья Ивановна уселась напротив.
– Нет. Это конфиденциальный разговор.
– Лена, ну, ты ведь не в суде! Скажи проще – надо поговорить с глазу на глаз. Это что – так срочно?
– Да. Вы извините нас, Валерий Семенович? – Лена перевела взгляд на ухажера матери, и тот спокойно кивнул:
– Конечно. Вы явно не кофе попить в такую рань приехали.
Наташенька, я в кабинете завтрак закончу, вы разговаривайте, – и, составив на поднос тарелки и чашку с кофе, он удалился.
Лена проводила его взглядом:
– И когда ты собиралась мне сказать?
– О чем? – невозмутимо переспросила мать.
– Мама! Ты можешь без вот этого, а? Когда ты собиралась сказать, что встречаешься с мужчиной?
– Совершенно не собиралась говорить. Ты взрослая, и тебя это никак не касается. Это моя жизнь.
– Это понятно, – согласно кивнула Лена.
– Непонятно другое. Что с ним не так, если ты его от меня скрывала? Он женат?
– Женат. И что из этого?
– Мама!
– Лена, повторяю – это не твое дело. Ты хотела поговорить – говори.
Крошина потрясла головой, чтобы собраться с мыслями, и посмотрела на мать:
– Ты не могла бы прямо сейчас ответить на несколько вопросов следователю Крашенинникову?
Наталья Ивановна удивленно вздернула брови и переспросила:
– Что? Кому?
– Следователю Крашенинникову Петру Анатольевичу. Он ведет дело о гибели бизнесмена Долженкова – слышала такую фамилию?
– Разумеется.
Но при чем тут я? Я его не знала.
– Мам, ну, не надо, а? Ты выступала адвокатом его жены в деле об установлении отцовства – и ты не знаешь истца?
– Я видела его только в суде.
– Ну, пусть так. Но Арину-то ты знаешь, ты не можешь этого отрицать, она моя одноклассница.
– И взялась я за ее дело только поэтому. Но чем я могу помочь твоему следователю?
– Он хочет задать тебе несколько вопросов об Арине и об этом иске.
– Я не думаю, что это имеет какое-то отношение…
– Мама, твое дело только на вопросы ответить, а уж остальное Петр сам решит.
"
"Лена не стала говорить матери об исчезновении Арины и ее сына, пусть лучше это сделает Петр, когда сочтет уместным.
– Хорошо, – пожала плечами Наталья Ивановна. – Пусть вызывает повесткой.
– Мама, нужно сегодня, – взмолилась Лена. – Он звонит тебе с пятницы, у тебя телефон недоступен постоянно. Это не займет много времени.
– Лена, у меня были планы.
