– А это Анна, местная хозяйка.
– Проходите, – приветливо улыбнувшись, пригласила женщина.
В доме Лена вздохнула свободнее, словно закрытая дверь и бревенчатые стены гарантировали безопасность."
"– Садитесь к столу, я и чай свежий заварила, со смородиной, – говорила Анна, перемещаясь по просторной кухне. – Да вы не бойтесь, я за смородиновым листом в лес езжу, не на кладбище собираю, – улыбнулась она, заметив настороженный взгляд Лены.
Крошина смутилась:
– Ну, что вы… я не об этом совсем подумала…
– Елена Денисовна у нас кладбищ боится, – улыбнулся Андрей, придвигая к себе чашку.
– Смотрит на тебя, Анюта, и думает – как, мол, молодая женщина тут одна живет.
– А так и живу, – пожав плечами, отозвалась хозяйка. – Мертвые – они что? Не беспокоят, в дверь не стучат.
Лена даже вздрогнула:
– А по ночам?
– А что – по ночам? Здесь тихо, сны отличные снятся.
– Ленка, да ты, похоже, сейчас в обморок хлопнешься, – рассмеялся Андрей и взял ее за руку. – Не бойся, я же рядом. А Анюта с детства тут живет, дед ее смотрителем был, теперь вот она.
– Родители мои погибли, когда мне шесть лет было. Ну, вот дедушка меня и забрал сюда. В школу отсюда ездила, привыкла не бояться. А потом дед заболел. Ну, мне в управлении городского хозяйства и предложили эту работу – вроде как я тут все знаю, а новый человек пока разберется… – наливая в чашки душистый чай, сказала Аня. – Вы булочку попробуйте, с черемухой. В прошлом году черемухи в лесу было – страсть. Я и насушила, и наварила.
Булочки выглядели лучше, чем в городских кафе, и Лена не смогла удержаться, откусила и поняла, что попала в рай.
– Аня, мне нужен рецепт теста, – выдохнула она, прожевав. – Я никогда такой вкуснотищи не ела.
– Напишу, – улыбнулась смотрительница.
– Так, пока вы в кулинарию совсем не углубились, – перебил Андрей, – рассказывай, Аня, что случилось.
– Случилось, Андрей Александрович. Я сперва хотела в полицию звонить, но потом решила, что сперва вам. Вы ж всегда мне помогаете. Иду, значит, я вчера по дальней стороне, там, где свежие захоронения.
Решила посмотреть, много ли мусора. Иду, значит, задумалась, и тут из ямы вроде как стон раздается. Ну, я-то знаю, что на кладбище часто такие вот галлюцинации бывают, еще дед рассказывал. А тут прислушалась – нет, правда стонет кто-то. Подошла к яме, а там слой земли внизу шевелится, – в этот момент Лена почувствовала, как у нее волосы становятся дыбом и что эта расхожая фраза – вовсе не фигура речи. – Ну, сбегала я за лопатой, и давай рыть.
