Я натурально удивился – как, говорю? А она – да вот так, Андрей Александрович, по местному каналу в передаче… угадай, о чем передачка? – предложил он, и Лена нетерпеливо сказала:
– Ну, ясно – про центр экстрасенсорики. Дальше что?
– А дальше вот что. Я мухой в телецентр, нашел редактора, запросил список гостей. И – не нашел той фамилии, что в документах купли-продажи значится. То есть никаких Бегуновых.
– Не сомневаюсь. Зато нашел другую, да?
– Нет, не угадала. Не нашел, если ты Белькевича имеешь в виду.
Но список переписал, запись программы тоже изъял, вот она, – он похлопал по висевшей на спинке стула сумке. – Сейчас Петьку дождусь – и будем отсматривать, Оксана Михайловна тоже подъедет. Не желаешь присоединиться?
– Не могу, Андрюша, – с сожалением отвергла заманчивое приглашение Лена. – Надо в бюро. Но ты мне позвони, как опознаете, хорошо?
– Разумеется. Но получается, что ты была права, и ноги растут из этого центра. И кто-то там имеет комплект фальшивых документов.
Или не фальшивых, а добытых неправедным путем, что тоже само по себе уже немного незаконно.
– Теперь бы еще Ирина в себя пришла. Даже подумать боюсь, что с ее матерью, – произнесла Лена, помешивая принесенный официанткой кофе.
– Врачи пока от прогнозов воздерживаются. Рана там здорово инфицирована была, и кость проломлена, и гематома – в общем, букет тот еще. Неизвестно, как на памяти отразилось, – тут у Андрея в кармане зазвонил телефон, и он, в два глотка осушив чашку, вскочил: – Все, Ленка, я полетел, это Петр вернулся.
Созвонимся вечером.
Он убежал, прихватив свою сумку, а Лена спокойно допила кофе и, взглянув на часы, поняла, что тоже должна покинуть подарившее приятные воспоминания место.
– Елена Денисовна, вас Наталья Ивановна к себе вызывает, – в дверном проеме возникла секретарь. – Только, пожалуйста, срочно.
– Да, сейчас подойду, – Лена сняла очки и закрыла файл в компьютере. – А она не сказала, какие документы взять?
– Нет.
«Придется возвращаться в кабинет, если что, – с досадой подумала Лена. – Она ведь не упустит случая сказать, что я даже к ней «на ковер» не в состоянии явиться подготовленной».
Наталья Ивановна пила свой традиционный кофе и со скучающим видом смотрела в окно. Когда Лена вошла, она даже не переменила позы.
– Вызывала?
– Да, присаживайся.
Лена примостилась на краешек стула и выжидающе посмотрела на мать, но та снова умолкла.
