И еще куча всяческих «никогда», которые ей не давали покоя.
Эстер продолжала искать медицинских светил, читать медицинские журналы, писать письма врачам. Анна понимала: все бесполезно. То, чего они сумели достичь, – вершина. И на этой вершине им предстояло одно – удержаться.
Сидя у кроватки Мальчика, свекровь застывала, словно спала с открытыми глазами.
В ней больше и больше проявлялись различные странности – на вопросы она отвечала не сразу, отрывисто и часто невпопад, ела меньше, чем обычно, не обращая внимания на то, что лежит у нее в тарелке.
И главное – Эстер окончательно потеряла интерес к своей прежней светской жизни: оборвала связи с подругами, перестала ходить в театр и радоваться нарядам, могла неделями ходить в одном платье, чего раньше с ней никогда не было.
У Анны рвалось сердце.
– Мальчик – это все, что я люблю на этом свете, – однажды сказала свекровь.
Анна принялась ее горячо убеждать, что есть Марек, прекрасный, здоровый, красивый и умный сын, что есть она, Анна, любящая ее искренне и нежно.
Но Эстер сказала, грустно улыбнувшись:
– Вы оба в моей любви не нуждаетесь. А Мальчик… Ему она необходима, как ты этого не понимаешь?
С Мареком все было по-прежнему. Он был нежен с Анной, приходя с работы, бросался к сыну и, кажется, стал наконец жалеть свою мать.
Ночами они разговаривали. Как всегда – обо всем. Он рассказывал ей смешные истории про коллег, про дурака-начальника, про немолодую, кокетливую, мечтающую выйти замуж секретаршу, про своих товарищей – словом, про все.
Анна слушала и думала: «А ведь где-то есть жизнь, сплетни, разговоры, шутки, походы на обед и на кофе, споры о политике, о книгах и фильмах.
Люди планируют покупки, отпуска, путешествия. Ходят в гости и в театры – в общем, живут. Живут все, кроме меня, даже Марек и его мать. Даже у них есть что-то личное». Но тут же стыдилась своих мыслей и ругала себя.
Она жалела себя, еще как жалела! В сотый, в тысячный раз задавая один и тот же вопрос: почему? Почему это случилось именно с ними? Ответа по-прежнему не было.
Только вспоминались мамины слова:
– У всех свои беды. Ты думаешь, мне было легко, когда не стало отца? Две маленькие девочки и я без специальности. Как жить, что делать? Я ничего не понимала. Но ничего, справилась – глажку брала на дом, ходила на уборки, много чего было, вспоминать неохота. Спасибо одной доброй женщине – посоветовала окончить курсы бухгалтеров, никогда ее не забуду. Знаешь, сколько я выла в подушку – так было плохо! Одиночество, Анна.
