А потом…потом он подходит ко мне, опускается на одно колено, что-то говорит, к сожалению, если бы запись и была со звуком, расслышать все равно не удалось бы, и надевает кольцо мне на палец.
Я восторженно (предполагаю, что восторженно) смотрю на свою руку, потом на мужчину, снова на руку, а потом начинаю как сумасшедшая прыгать на месте, махать руками, орать (понимаю по тому как широко открывается мой рот), наваливаюсь на Дениса, и мы как два обезумевших идиота катаемся по земле и целуемся.
«… Женщина и мужчина скрылись буквально за минуту до того, как на место преступления прибыл отряд полиции, видимо услышав издалека сирены. Их местонахождение до сих пор неизвестно. По многочисленным комментариям в сети, это было самое романтическое предложение за год, но это не отменяет тот факт, что правоохранительными органами было возбуждено уголовное дело в отношении неизвестной пары и…»
Дальше я не слушаю, поворачиваюсь в сторону Дениса, смотря на него округлившимися от страха глазами и ловлю его ошалелый взгляд.
— Что… Что там сказали? Мое знание немецкого ограничивается фразами «гутен морген, хенде хох, дастиш фантастиш и хай гитлер».
— Нас разыскивают, — все еще прибывая в трансе от увиденного произношу я и мой взгляд натыкается на правую руку.
И я замечаю ЕГО. То самое кольцо, которое, похоже, Денис своровал в ломбарде. Боже, какой стыд! Нас посадят в тюрьму, и я никогда не вернусь домой, а у меня там кастрюля борща и пельмешки в холодильнике.
И посуда немытая в раковине. И трусы развешаны на батареях. Святая корова, если мама это увидит, то вместо писем о том, как она скучает по мне, в тюрьму будут приходить гневные тирады о том, какая я безответственная, что улетела в другую страну, села за решетку, а посуду перед этим не помыла и холодильник не опустошила.
— Ты сделал мне предложение? — все еще не могу отойти от потрясения и оторвать взгляд от огромного камня, что так идеально смотрится на моем пальце.
— Кажется, я начинаю что-то такое припоминать, — садится на край кровати Денис, искоса поглядывая на мою руку с кольцом, словно она самая настоящая ядовитая змея, которая при любом резком движении может напасть и укусить.
— А можно поподробней? — наконец-то отмираю, активно начиная шевелить мозгами.
— Я помню, — прищуривается Денис, силясь вспомнить, — помню, что говорил что-то про серьезные намерения. Точно, да.
