Все дьяволы здесь

– Если что-то понадобится… – сказал Стивен и оборвал фразу.

– Может быть, немного мороженого в «Лютеции»? – подхватила Анни.

– Это мне по силам, – сказал Стивен. – После понедельника. Мы все сможем отпраздновать.

– А что случится в понедельник? – спросил Жан Ги.

– Да так, несколько встреч. Кстати, как твоя новая работа?

Арман в это время разговаривал с Даниелем:

– Хорошие новости насчет твоего повышения. Целый новый отдел.

– Да, – сказал Даниель. – Венчурный капитал. Уже есть одна инвестиция.

«Не можешь, – подумал Арман, – или не скажешь?»

– Значит, у тебя много времени уходит на оценки рисков? – спросил он.

Его отец внимательно слушал, задавал вопросы. Аккуратно выуживал информацию из Даниеля, пока его сын не расслабился и не стал говорить свободно, даже увлеченно.

Рейн-Мари увидела, как Даниель несколько минут спустя подался ближе к отцу.

Они были очень похожи во многих отношениях. Даже внешне.

Даниель при росте шесть футов два дюйма был чуть повыше отца. И потяжелее.

Так же, как и у Армана. Только чуточку меньше.

Даниель отрастил бороду – она у него была рыжеватая, с несколькими седыми прядками, удивившими Рейн-Мари. Время не стояло на месте.

Его густые каштановые волосы были коротко подстрижены.

Волосы его отца теперь почти совсем поседели и слегка курчавились. И чуть поредели. На чисто выбритом лице Армана морщин, конечно, было больше. А к ним добавлялся и глубокий шрам на виске.

Как и отец, Даниель был добрым и, можно сказать, учтивым человеком.

В отличие от отца Даниель в юности не был особо одаренным, но зато обладал самодисциплиной. Он много работал и часто превосходил своих более талантливых от природы друзей.

Он был счастливым мальчиком.

В возрасте восьми лет с ним что-то случилось. Между ним и отцом выросла стена. Поначалу это был лишь маленький шаг назад. Даниель всегда оставался вежливым маленьким мальчиком, но теперь появилась формальность. Отстраненность.

Между ними выросла пропасть.

Рейн-Мари наблюдала, как Арман пытается ликвидировать этот разрыв, но пропасть с каждым объятием только расширялась.

Арман вызвался тренировать хоккейную команду сына, но Даниель попросил его отказаться от этого.

Прежде Арман возил мальчика на утренние тренировки, сидел на трибунах с ужасным кофе из автомата, грел о стаканчик руки. Наблюдал.

Пока Даниель не попросил его перестать.