Несмотря на то что наше общество считает себя современным, стоило гостям узнать о том, что я всего лишь помощница, как они не преминули вылить на меня все свое высокомерие и пренебрежение.
Когда приветствия наконец завершились, мы перешли в большую гостиную беседовать и ждать, пока нас не позовут к накрытым столам. Мужчины направились к барам пить аперитив. Макс славился своей экстраординарностью, и во всем, даже в алкоголе, я старалась не ударить в грязь лицом. Все виды напитков, представленные сегодня гостям для дегустации, были редкие, необычные и высокого качества.
Дамы расселись небольшими группами и всем своим видом показывали, что принимать меня в свой круг они не намерены.
Больно надо. Расположившись около окна, я всматривалась в темноту, раздумывая над тем, что представляют собой гости, и, скорее всего, сильно выделялась в этой светлой гостиной.
Все особы, собравшиеся сегодня здесь, были, безусловно, людьми влиятельными и состоятельными.
Следя краем глаза за шефом, я поняла, что, помимо этого, либо они были деловыми партнерами Макса, либо кому-то только предстояло ими стать, либо ему от гостя было что-то нужно. Лагфорт прекрасно всеми манипулировал: он прирожденный делец.
Мне стало казаться, что расовое чутье на ложь у него развито довольно хорошо.
Через полчаса нас всех позвали ужинать, и за столом потекла вялая светская беседа, которую я направляла довольно прямолинейно и где-то даже бестактно.
От вопросов, задаваемых прямо, уклоняться никто не посмел, несмотря на то что я кожей чувствовала их неприязненные взгляды. Но они же все приличные люди и уронить свое достоинство не могут!
Весь ужин я с немалой долей ехидства наблюдала за так называемым высшим обществом, периодически обмениваясь взглядами с Максом. И когда одна из дам о чем-то особо высокопарно вещала, я еле сдержала смешок, а Лагфорт мне подмигнул.
У гостей был информационный шок, ибо в их голову впервые пришла мысль, что мы любовники.
Эх, жаль они не видели себя со стороны!
Чуть позже, сверившись с часами, я позвала дам в гостиную, куда подали кофе и десерт. Разместившись в комнате, но уже без общества мужчин, дамы не приняли меня в свой круг и продолжали всячески игнорировать. После окончания трапезы, когда я позвала гостей к игральным столам и другим развлечениям, за мной никто не пошел. А я, хмыкнув, покинула помещение.
