Поселились мы, как обычно, в гостинице. Первые три дня Макс не вылезал с завода, а ночью спал со мной в одной комнате, на соседней кровати.
В первый вечер по поводу этого у нас произошел разговор. Когда я зашла в отведенную мне комнату, то сразу увидела две кровати.
Но не успела я задаться вопросом: «Не перепутала ли я комнаты?», как следом зашел Макс, сказав:
— Ага! Значит, нашу комнату уже подготовили.
Обернувшись и внимательно посмотрев на шефа, я спросила:
— Что ты имеешь в виду, говоря «нашу комнату»?
Макс тут же отвел глаза.
— Я попросил приготовить нам один номер на двоих.
— Закончились деньги? — иронично поинтересовалась я.
Взглянув на меня волком, шеф отправился в ванную, а я присела на ближайшую ко мне кровать.
Все понятно. Великому и невозмутимому Лагфорту страшно. А он так не привык бояться. И именно в этот момент мне пришла в голову мысль, что Макс очень беспечен в отношении меня. У меня за эти пятнадцать лет была целая куча поводов предъявить ему брачные претензии, и любой суд, даже несмотря на влияние Лагфорта, признал бы мои притязания законными.
Да и он слишком привык ко мне за все это время, а за тридцать пять лет привыкнет еще сильнее. Выполнит ли он условия договора и отпустит ли по его истечении?
Полуприкрыв глаза, я старалась не поддаваться сомнениям и эмоциям, которые начали во мне подниматься.
Решив разобрать вещи, пока Макс в ванной, я принялась копаться в сумках. Вытащив, развесив и разложив свои вещи, я взялась за багаж шефа.
Я до сих пор не знаю, предопределил ли тот мой поступок дальнейшее развитие событий, но, видимо, он был единственным нашим выходом.
В сумке Макса я наткнулась на окровавленный нож. Он лежал аккуратно завернутый в бумагу, и мне стало страшно. Я знала, какие новости услышу утром, и от этого мне становилось дурно. Но еще больше тревожил вопрос: откуда у Макса в сумке этот предмет?
Достав коварное оружие, я сначала решила перепрятать его в свое белье, но потом закопала в минеральную соль для ванны.
Банка была большой, так как расходовала я ее много и быстро. Определив нож на самое дно, я осталась довольна.
Все эти действия были проделаны спонтанно и, закончив операцию «Перепрятать», я вышла на балкон. Свежий воздух остудил мое лицо, и, несмотря на то что на улице было прохладно, мне сразу стало легче дышать.
К тому же на свежем воздухе мне всегда лучше думалось. Откуда у Макса нож? И сам ли он его положил в сумку? Ответов на эти вопросы у меня не имелось.
