Ради того, чтобы удалить Макса с арены финансовой битвы и захапать себе его немаленькое состояние и ресурсы. Хотя состояние не так важно, ресурсы — вот более желанная награда победителю, — ответил мне Айзек.
— Но… Убийства… — пробормотала я не в силах поверить.
Айзек опять бросил взгляд на Лагфорта, а шеф встал и отошел к окну, чтобы взглянуть на город.
— Понимаешь, Таисия, бизнес, — опять начал объяснять Айзек, — это очень жестокая сфера деятельности, в которой трудно выживать. Ты должна понимать, чтобы достигнуть такого положения, каждый из баронов на многое пошел, и такой пустяк, как убийство, никого из них не остановит.
И Лагфорта в том числе. Это не было сказано, но тем не менее понимание сего факта повисло в комнате тяжелым молчанием. Может, мой шеф и не заказывал убийство своих бывших любовниц, но вполне мог заказать любое другое.
Будто прочитав мои мысли, Макс, не поворачиваясь, бросил:
— Но не твое.
Мне оставалось лишь верить.
— Давай ближе к делу, — попросил Лагфорт партнера.
— Так вот, два года назад между пятью промышленными баронами Альбиона началась финансовая война за раздел влияния. Силы пяти промышленников стали примерно равны, а такого быть не должно. Каждый из них должен занимать свою нишу и быть либо слабее, либо сильнее. Начались бесконечные баталии, но противостояние не может длиться вечно. И сейчас все затихло перед последней бурей. В течение месяца все будет решено.
Удивительно, какие страсти бушуют в нашей столице уже два года, а я и не знаю! И Макс, тихушник, много работал и постоянно перестраховывался в последнее время, но ничего мне не сказал.
— Начну рассказ о том, что узнал про первого барона, который раньше занимал главенствующее положение, и довольно долгое время. Виторио Шаршан. Владелец крупнейших предприятий в мире по добыче каменного угля. У Макса есть месторождение драгоценных камней, но оно очень маленькое. А тут Шаршан монополист. Есть еще бизнес по мелочи, но основной капитал вложен в добычу полезных ископаемых.
Но в последнее время его стало гораздо меньше видно в финансовой жизни столицы. Может, это такой ход или старик сдает, но прежнее лидерство он несколько утратил. Хотя я думал, что его вынесут с финансовой арены только вперед ногами.
На последнею фразу я только покачала головой. Бизнесмены циники и довольно беспардонны.
— Таисия нас не одобряет, — усмехнулся Макс, устраиваясь в кресле около камина.
Определенно огонь его успокаивает.
