Он чувствовал, как время ускользает. Если он в ближайшее время не устроит свою жизнь, другого шанса с Лайлой у него не будет.
Положив руки на спинки передних сидений, Антонио подался вперед:
— Не хочешь все мне рассказать, Карлос?
Его пальцы крепче вцепились в руль.
— О чем?
— Не притворяйся, будто не понимаешь. Я говорю о женщине, которую ты привез с собой. Кто она?
— Мы с Лайлой вместе работаем. Она администратор больницы.
— Юрист? — произнес Дуарте циничным тоном, вывесив руку из открытого окна.
Антонио фыркнул:
— Чья бы корова мычала, а твоя молчала, братец.
Ты обручен с репортершей, забыл?
Его невеста Кейт разоблачила Медину с помощью случайно сделанной ею фотографии. По иронии судьбы этот снимок свел их с Дуарте вместе. Сейчас Кейт контролирует общение семьи с прессой.
Их младший брат рассмеялся:
— Репортерша, фотожурналистка — какая разница?"
"Карлос завернул за угол, и перед ними показалось одноэтажное белое здание с красной черепичной крышей. У больницы было два крыла. Она походила на большую птицу, севшую на зеленую лужайку.
В одном крыле были кабинеты специалистов, в другом — лаборатория, процедурные и стационар. В этой больнице лечились не только Медина, но и люди, работающие в маленьком островном королевстве. В основном это были те, кто сбежал с Сан-Ринальдо, и их родственники. Энрике настоял на том, чтобы в том месте, где его сыну пришлось провести большую часть юности, было все самое лучшее. Карлос знал каждый уголок этой больницы.
— Не обращай внимания на Антонио, — сказал Дуарте.
— Я рад за тебя, брат.
Остановившись перед входом, Карлос поочередно посмотрел на своих братьев:
— Не спешите с поздравлениями. Мне все еще нужно убедить ее стать моей женой.
Убрав ключи в карман, Карлос выбрался из машины. Охранники приветственно кивнули, не сходя с места. Двери раздвинулись, и в воздухе запахло антисептиком.
Антонио сказал, в какой палате лежит отец, но Карлос сам догадался, судя по вооруженным телохранителям, стоящим перед одной из дверей. Безопасность для Энрике всегда была приоритетом.
Ничего не изменилось даже сейчас, когда он находится на смертном одре.
Дуарте остановил Карлоса, положив руку ему на плечо:
— Мы подождем тебя здесь, чтобы ты смог побыть с ним наедине. Когда наговоритесь, позови нас.
У Карлоса сдавило горло от эмоций, и он смог лишь кивнуть в ответ, после чего собрался с духом и вошел в палату.
Бывший король Сан-Ринальдо не требовал для себя ничего, кроме безопасности и уединения.
